А вот это дорогого стоит! Получить комплимент от этой опытной и умнейшей женщины – крайне приятно.
– И это взаимно! – отвечаю сдержанно.
– Хочу вам сообщить, что дело Золотова я буду рассматривать лично и не буду отдавать кому-то из коллег! – сообщает она.
Сильно! Другой бы председатель на её месте сбросил бы такой головняк кому-нибудь из подчинённых и жил спокойно.
– Вы уверены, что ваше участие в этом деле не нарушит норм адвокатской этики? – резко интересуется судья, глядя на меня внимательным цепким взглядом. – Мне не нужна потом отмена решения в апелляции! В конце концов, вы являетесь потерпевшей в деле жены господина Золотова.
Чувствую, что кровь приливает к лицу, а уши вспыхивают.
– Знаете, Елена Петровна, любого другого человека, задавшего подобный вопрос, я бы послала куда подальше. Но вам отвечу, понимая, что это не праздное любопытство. Я не вижу никаких нарушений норм УПК и кодекса о профессиональной этике, ведь в рамках защиты Золотова не прохожу ни как свидетель, ни как потерпевшая. Дело супруги моего клиента является абсолютно отдельным, не имеющим никого отношения к тому, что вам придётся рассматривать.
Женщина кивает, будто мысленно соглашаясь с каждым моим словом.
– Не хотела обидеть вас! Просто это дело приобрело уже слишком большой резонанс! – миролюбиво говорит она. – Вынуждена предупредить, что я всё равно отправлю запрос в адвокатскую палату с целью проведения проверки о возможности вашего участия в этом деле.К сожалению, этого не избежать.
Теперь моя очередь кивнуть. Я ценю, что судья вызвала меня на разговор и даже предупредила о запросе.
– Спасибо! – произношу тихо, но решительно. – Но я всё равно продолжу защиту моего клиента. Единственное, что может меня остановить – лишение адвокатского статуса.
Лицо судьи словно подёргивается рябью, меняясь, как поверхность водоёма под порывом ветра. И вот вместо сдержанной профессиональной стервы передо мной оказывается обычная женщина, уставшая от тяжёлой работы и невероятной ответственности. Грустная улыбка появляется на губах, а в холодных глазах вдруг вспыхивает человеческое участие.
– Восхищаюсь вами… – говорит она как-то обречённо и задумчиво. – Когда-то между личной жизнью и карьерой я выбрала последнее. И вот теперь всё чаще задумываюсь, а было ли это правильно. В любом случае желаю вам удачи. Но учтите, что данный разговор никак не повлияет на мою оценку доказательств. Я буду предельно объективна.
Последние слова произносит уже судья, а не женщина.
– На вашу объективность я как раз и рассчитываю!