На стене справа висело большое электронное табло, закрытое матовым стеклом. Внутри горела подсвеченная красным светом одна-единственная надпись: Комплекс «Гамма-3». Блокировка включена. Выход запрещён .
— Вот чёрт! Блокировка ещё активна, — недовольно пробормотал Шевченко и посмотрел на свои командирские часы. — Без трёх минут двенадцать. Ничего, подождём!
И верно, через три минуты табло вспыхнуло слабым зелёным светом. Раздалось три протяжных сигнала, означающих, что блокировка полностью отключена. И словно в подтверждение этого, табло любезно сменило текст на: Комплекс «Гамма-3». Разблокирован. Выход разрешён .
— Ну, наконец-то! — выдохнул подполковник, но нажимать кнопку открытия он почему-то не торопился.
Я с трудом разлепил глаза, но почти ничего не увидел. Судя по всему, я лежал на спине, прямо на грязном, бетонном полу. Вокруг царил плотный полумрак и было очень тихо.
Неподалёку, где-то справа тускло горел свет, а почти под самым потолком что-то едва заметно искрило и потрескивало. Наверное, вышедшая из строя старая лампа.
Мне было тяжело дышать, скорее всего потому, что здесь не хватало кислорода. Да и воздух был какой-то затхлый, очень влажный, пропитанный чем-то незнакомым.
Где-то слева что-то зашуршало.
— Твою мать! — прорычал чей-то вроде бы знакомый голос.
Что-то упало. Раздались тяжёлые шаги.
Нечто сильное крепко ухватило меня за ноги, развернуло и решительно потащило в обратном направлении.
— Эй! Эй, какого чёрта? — севшим голосом вскрикнул я, попытавшись зацепиться за что-нибудь руками.
— О! Макс, очнулся? А я-то думал… — ноги сразу же отпустили.
Вспыхнул фонарик. Надо мной склонился Костолом.
— Костолом? Где это мы? — пробормотал я, практически сразу закашлявшись.
— Где? — быстро осмотревшись по сторонам, удивился здоровяк. — В комплексе. И думаю, что прямо у входа в «Гамму-3».
Только сейчас я вспомнил, как мы начали спуск на грузовом лифте, а затем прямо над нами, в шахте лифта что-то взорвалось. Я вспомнил быстрое, но жёсткое падение.
— Кто-нибудь ещё уцелел?
— Да все уцелели. Вроде. Но пока очнулся только ты, — здоровяк снова осмотрелся по сторонам. — Да ты это, садись давай. Нормально себя чувствуешь? Ничего не сломано?
— Не уверен, — прокряхтел я, приподнимаясь. — По мне словно каток проехал…
Великан, не дожидаясь ответа, ухватил меня за воротник комбинезона и решительно помог поймать опору многострадальной пятой точкой. В положении сидя меня тут же вырвало.
— О! Ну это нормально! — пробормотал он и отошёл в сторону. — Посиди, станет легче.