Затем видение стало чётким. Ночь. Замковая кухня. Дориан ест жареного каплуна… и засыпает прямо за столом. Утро. Солнечный луч падает на лицо Дориана. Он просыпается, пытается встать, но его тело не слушается. Он бледнеет, хватает ртом воздух. Хрипит. Пытается позвать на помощь, но из горла вырывается лишь слабый сип. Он умирает долго, мучительно, в полном одиночестве, отравленный собственным ужином.
Я уже видела, как Балтус отравляет Дориана, но это было немного иначе – через вино.
Отпечаток ауры в трости иссяк, поэтому я потянулась к гребню младшего Криоса, чувствуя, что стоящее видение ещё не пришло.
Поток хлынул мощной волной.
И он потряс меня до глубины души!
Я лежала в постели Балтуса… под ним! И стонала от наслаждения, пока его бёдра вбивались между моих ног до упора.
Лицо Бала, обычно холодное и бесстрастное, сейчас было искажено животной жаждой. Пот катился по его торсу, блестел на широкой шее. Он схватил мои руки, заломив их над головой, и с силой прижал к подушке, требуя рыком:
– Проси меня о боли! Давай… Требуй сделать тебе больно!
Если бы я имела в этих видениях собственное тело, то от ужаса прикрыла бы лицо руками, не желая видеть эту гадость! Такого будущего я не желала даже под страхом смерти!
Но та версия меня, которая с придурочной улыбкой смотрела на Балтуса снизу-вверх, была неестественно довольна всем происходящим.
– Да… мой господин… Сделайте мне больно!
«Да пошёл ты к чёрту!»
Я рывком отшатнулась, впервые разрывая видение прежде, чем оно закончилось.
Тяжёлое дыхание и испуг сыграли надо мной злую шутку – если бы Рейвен не поддержал меня, упала бы.
– Что ты видела? – голос любимого звучал напряжённо.
– Кошмар и ужас! Он как-то собирается одурманить меня, Рей! – выдохнула с ужасом.
– Да, – через плотно стиснутые челюсти ответил Рей, с брезгливостью бросая шёлковый платок Балтуса. – Я увидел это. Тёмная магия. Этот сосунок сварил по запрещённым, утерянным рецептам подчиняющее зелье. Относительно недавно. Поэтому ходит такой довольный.
– Что же делать? – прошептала онемевшими от страха губами.
«Стать тупой безвольной марионеткой в руках садиста-извращенца?! Лучше умереть!!!»
Шагнув назад, уперлась задницей в крепкий дубовый стол.
Коснулась его рукой и… потерялась в мощном, самом ярком потоке за эти три месяца пребывания здесь!
Я оказалась в просторной господской спальне, куда ворвался Маркел Криос.
А на кровати в это время Элиана кувыркалась со своими магами-рабами, хотя невольниками Пьер и Томас не выглядели. Оба мага довольно улыбались, хищно обмениваясь не совсем добрыми взглядами. Я бы сказала, мстительными.