— Вы оба молоды, Микаэлла, — мужчина посмотрел с насмешливым снисхождением. — Эти ваши чувства — просто блажь. Уверен, они бы и сами прошли, и вы бы всё равно бы разбежались, но рисковать я не имею права. Поэтому, если вам дорога жизнь вашего отца, вы покинете академию и столицу и вернётесь домой в Сарворт.
— Но как я объясню это Тейну? Я не могу просто так уехать!
У меня в глазах стояли слёзы, а горло сдавил ком, но Корну было всё равно.
— Ничего не нужно объяснять, просто уезжайте прямо сейчас, — ответил он холодным тоном. — Билет на поезд куплен. Ваши вещи и документы доставят через несколько дней. Я даже организую ваш перевод в любую другую академию континента.
— Тогда переводите меня сразу в Айвирию! В Тирон, — выпалила зло. — Подальше от вас и вашего короля!
Тиронская академия считалась лучшей на всём материке, там обучали бесплатно, но для иностранки поступить туда было почти нереально. При конкурсе сто пятьдесят человек на место, попадали туда только самые одарённые. Я сильно сомневалась, что этот странный тип, несмотря на свою должность, сможет меня туда устроить, да ещё и в середине третьего курса.
— Интересный вариант, — задумчиво покивал блондин, а порыв ветра растрепал его отросшие волосы. — Значит, вы согласны на мои условия?
— Нет. Но разве есть выбор? — я шмыгнула носом, но всё равно постаралась сохранить лицо.
— Выбор есть всегда, Микаэлла, и вы свой сделали, — он тоже встал на ноги и протянул мне голубоватую карточку билета.
Но когда я попыталась её забрать, мужчина не отпустил:
— Ваш отец был близкий другом моего дяди, Микаэлла. Поверьте, я не хочу его смерти. Но если бы вы приняли другое решение, мне пришлось бы исполнить приговор.
Я всё-таки вырвала у него свой билет, резко развернулась и быстро зашагала к выходу из сквера. Судя по времени на карточке, до отправления оставалось почти два часа. Значит, успею забежать в академию и рассказать Тейну о том, что произошло. Это хотя бы будет честно.
— Не так быстро, Микаэлла, — донеслось мне в спину.
Нехотя остановившись, я обернулась.
— Я вежлив с вами, пока вы играете по правилам и не пытаетесь меня обмануть, — сказал Корн, подходя ближе.
В серебряных пуговицах на его сером пиджаке отразился свет фонарей, но глаза остались устрашающе-тёмными. Он бесцеремонно взял меня за руку и уложил её на сгиб своего локтя. Но когда отпускал, я почувствовала лёгкую боль. Глянула на ладонь и с удивлением уставилась на царапину на пальце.
— Простите, случайно зацепил браслетом. Возьмите платок, — ровным тоном без капли сожаления произнёс мужчина и протянул мне белоснежный кусочек ткани. — Я провожу вас, помашу вам ручкой и только тогда буду спокоен. Но и вы помните, что любой ваш контакт с Артейном будет считаться проявлением нелояльности к королевской власти и, как следствие, обернётся исполнением приговора для вашего отца. Потому не делайте глупостей.