Так он ведь сказал?
— Она давно мое место заняла. Они давно вместе, — смотрю в одну точку и шепчу себе это под нос, пытаясь осознать трагедию всей моей жизни.
— И что теперь? — продолжает паниковать мама, пока я медленно бреду к окну, у которого люблю часто стоять по вечерам в ожидании мужа.
Я давно стала никем для него. В последнее время мы совсем мало общались. И это не работа. Это просто другая женщина. Молодая, красивая. Мне уже под сорок. А он мужчина видный, богатый, который всегда и в любой момент мог заменить меня.
— Мам, пожалуйста, просто езжай домой.
— Что? Никуда я не поеду.
— А что ты будешь делать? — поворачиваюсь к ней резко. — Продолжать унижать меня своим поведением еще сильнее?
Да, мама, не заслуживает такого тона, но я обязана ее успокоить. Ее истерики ничего не изменят. Да и нужно ли менять после всего произошедшего?
— Ты хочешь, чтобы Глеб вызвал охрану и они тебя выставили? Он сможет, — он теперь все сможет после этого. — Прошу, просто уйди. Мне нужно самой во всем разобраться.
— Как ты собралась разбираться? Ты же сбежала. Они сейчас праздновать сядут!
— Пусть празднуют, — киваю.
Все равно у нас потом с Глебом будет разговор.
Мы же разводимся.
Это процесс не быстрый, учитывая, что у нас дети.
— А Кира-то какая бессовестная, — шипит мама. — В курсе была про эту девку. В порядке вещей для нее все это. Продалась отцу за новый смартфон, наверное. Или еще за что?
Да, Кире отец недавно купил самый модный и дорогой смартфон. Хотел и Яне, но мою другую дочь и позапрошлая модель полностью устраивает. Она не так падка на дорогие подарки.
Господи, я совсем забыла…
Забыла про все.
Мне нужно поговорить с дочерями. С каждой по отдельности.
— Не надо, мам. Кира… просто девочка.
— Девочка? Ей уже пятнадцать. Это уже сознательный возраст. Она прекрасно сознает, что натворила. Мать предала. Знала и помалкивала. Наверняка знала, что отец с любовницей сегодня явится. Бессовестная. Больше мне не внучка она!
Мама у меня горячая. Когда она в гневе, то лучше берегись. Это она сейчас еще спокойная. Поэтому я и хочу, чтобы она ушла. А еще ей может стать плохо.
— Не говори так, — снова отворачиваюсь к окну. — Кира просто пошла на поводу у отца.
— Яна ни за что бы так не поступила.
Да, Яна нет. Они совсем разные. Обеим нужно разное.
— Мам, все, хватит… — смаргиваю слезы. — Поезжай домой, прошу.
— Она теперь еще с отцом и его потаскухой жить захочет, — подливает мама масло в огонь.
Я этого не допущу.
Девочки останутся жить со мной. Иначе и быть не может.
Продолжая смотреть в окно, пока мама не унимается, пытаясь придумать план действий для меня, я вижу, как из дома выходят все гости. Его брат, жена брата, сестра и даже свекровь.