Я встречаюсь глазами с мужем. И он смотрит так, будто это я во всем виновата. Так зло, с претензией.
Да как он смеет?
— Яна прекрати. Прекрати, прошу тебя. Наверх! Иди наверх, — выпаливаю я.
Яна смотрит на меня душераздирающим взглядом всего секунду и срывает прочь.
Виснет тишина.
Я встречаюсь взглядом с Кирой, которая только что защищала отца, предавшего свою семью. Только она, похоже, этого не понимает. Она знает любовницу Глеба. И они вроде как подруги. Даже сейчас она держится ее, на меня поглядывая как на чужую.
— Ты тоже иди наверх, — разрушаю тишину. — Кира, я тебе говорю, — повышаю тон, и дочь вздрагивает.
— Да, Кира, иди наверх, — говорит ее отец, и только тогда Кира отстраняется от шокированной девицы. — Иди к сестре. Помиритесь.
Кира уходит, и становится только хуже. Никто не знает, что сказать.
Я почти ног не чувствую. Как стою, не знаю.
Глеб больше не смотрит на меня, держится рядом с этой женщиной, кидая на нее обеспокоенные взгляды и поглаживая ей плечо. Она в миг расслабилась, заулыбалась. В безопасности себя чувствует.
— Спасибо, что вы все тут собрались в мой день рождения, — благодарит этот бессовестный всех присутствующих. — Мам… Ты чудесно выглядишь.
— Сыночек… — мурлычет свекровь. — Спасибо, дорогой. Я так рада тебе. С днем рождения тебя еще раз, мой хороший, — тянется, чтобы поцеловать любимого сына в щеку.
— Познакомься с Элеонорой, мама.
— Здравствуйте, — расплывается в улыбке девушка.
— Да что это происходит⁈ — как закричит моя мама. — Люди, вы что молчите⁈ Как вы можете молчать? — подлетает к ним очень близко мама. — Как ты можешь так поступать с моей дочерью?
— Татьяна Андреевна, уймитесь. Ваша дочь, в отличие от вас, поступает мудро и помалкивает. И вам следует.
— Мерзавец!
— Попридержи язык, Таня, — шипит свекровь, повернувшись к маме. — Мой сын честно пришел и перед всей семьей во всем признался. Так бывает. Ничего трагичного. Виктории придется смириться, — кидает на меня короткий взгляд. — К чему эта сцена?
— Вика, ты что, совсем не видишь, что происходит⁈ — мама ко мне бросается. — Да скажи ты хоть что-нибудь!
На что я снова встречаюсь взглядом с мужем, который откровенно наслаждается тем, что я молчу. Я ведь всегда молчу. Всегда согласна с ним. Безропотна и покорна.
Но сейчас дело не в покорности, не в стыде.
Я просто… просто не знаю, что сказать, кроме очевидного. Я не хочу этого говорить. Вообще не хочу говорить.
— Мама, перестань… — шепчу я и прихожу в движение, намереваясь просто уйти отсюда.
Но муж останавливает меня как раз, когда мне нужно пройти мимо них: