В общем, как–то так получилось, что я оказалась не при чем. Единственное, на что я сгодилась, это назвать данные пострадавшего, опознать стрелявшую и ее подельника, а также приехать сюда и тупо пялиться в стену.
Да, родители забрали двойняшек, спасибо им, без этого я бы не смогла тут находиться и была бы еще более бесполезной.
А стреляла в Демида Жанна, помогал ей Руслан.
Странная парочка. Или нет, не странная?
В любом случае, если у нее жизнь сбавила свои шикарные обороты, то что его заставило присоединиться к ней?
Ах да, Руслан кричал, что понятия не имел, что у этой сумасшедшей есть пистолет, и что она собирается его использовать, говорил, что хотел посмотреть на наши разборки, не более, и пригнать машину Волчанского, все же он был ему должен.
Может быть, все так и было. Я не следователь, даже там без меня разберутся. Хотя я успела рассказать о мотиве Жанны в красках. Конечно, без подробностей с начала сотворения мира, но самые яркие и важные события я выложила.
Сказали, приехать завтра на более подробный разговор.
Я приеду, с удовольствием приеду.
– Кочеткова? Кочеткова еще здесь? – говорит уставший врач, вышедший из бокового коридора, а я не сразу осознаю, что Кочеткова это я.
– Да, да! – подскакиваю на ноги и едва не падаю, оказывается, мышцы задеревенели, пока я сидела.
– Не нужно травм, Кочеткова, – хмурится мужчина в халате, – идемте, вашему другу повезло, жизненно–важные органы не задеты, даже из реанимации мы его уже перевели. Вы наверняка захотите убедиться во всем сами. Но завтра, чтобы являлись строго в часы приема! Расписание вывешено на входных дверях больницы.
– Конечно! Конечно! Спасибо! – преувеличенно радостно реагирую, но врач лишь молча качает головой и торопливо идет куда–то вперед.
Через несколько минут мы доходим до палаты Волчанского, и тут мой провожатый меня оставляет. Вхожу внутрь, Демид один и даже в сознании. Мне везет? Ему везет? Нам везет?
Пожалуй, последний вариант мне нравится больше всего.
– Здравствуй, – тихо говорю, пока подхожу к Волчанскому, – мне так жаль, я была ужасно не права, ты такой…
Какой именно Демид, я не могу выразить словами. Внутри меня настоящий сумбур.
– Не надо, Рита, все хорошо, главное, вы не пострадали по моей вине, снова, – отвечает бледный Волчанский.
– Не было в происходящем твоей вины! Сумасшедшие есть во всем мире! И мы не в ответе за них! – эмоционально восклицаю. – И я зря тебя не прощала, оказывается, я не хочу больше без тебя. Возьми меня в жены, Демид.
На несколько секунд в палате наступает тишина.
– Что? – Волчанский даже приподнимается на локтях от удивления.