Была бы возможность, я проредил бы его улыбку в половину. Попробовал бы он тогда поулыбаться!
Баграт взял сертификат из рук распорядителя, как всегда склонился к запястью и поцеловал, от чего мое лицо перекосило, а затем нашел меня взглядом и победно усмехнулся.
Так… Нечестная игра? Дамский угодник подсуетился? Мне стоит это выяснить. Уже были прецеденты, когда гранты передавали другим претендентам, если доказывалось, что выбор в Совете фальсифицировали.
Я следил за Тармуни весь остаток вечера, пока раздавали другие гранты. Моя Академия изначально претендовала всего на три. Два я успешно взял, третий, самый важный, ускользнул из моих рук. Этого я не ожидал.
— Думал, мы друзья, — процедил я, дождавшись окончания официальной части и пробившись в фуршетном зале к Баграту Тармуни.
— Мы — братья! — растянул губы Баграт, поворачиваясь ко мне и хлопая по плечу. — Чего приуныл? Ну увёл я у тебя один грант, ты же не в обиде?
— Барт, я тебе популярно объяснил, что моей Академии обмен нужнее! Кем будешь меняться ты? Художниками? Или натурщиками?
Баграт щелкнул языком:
— Натурщиками! Как я сразу не подумал? Скорее натурщицами…
— Тебе смешно? Ты только что угробил год моей работы.
— Годом больше, годом меньше. Может, я не хочу, чтобы ты сваливал отсюда, брат? Мне нравится соперничать с тобой. К тому же, я выхожу в лидеры.
— Ты? Не смеши, — я по инерции перехватил у официантки фужер, и только поднес к губам, как вспомнил, что за рулем, и с сожалением попросил заменить на воду.
— Конечно, Андрей Оттович, — пискнула девушка, и я с неудовольствием признал в ней студентку второго курса, хотя нет, уже третьего.
— Барт, я третий год доказываю, что из нас двоих, ты — везунчик, а я всего добиваюсь благодаря способностям…
— … Уму и таланту, — занудно закончил за меня Баграт.
— Именно, — подчеркнул интонацией, забирая из рук зардевшейся студентки запотевший бокал с холодной водой. — Благодарю. Можете идти…
Слова вырвались машинально, но дисциплина в моей Академии жесткая, девушка тут же пролепетала «спасибо» и испарилась.
— Так и не подпускаешь к себе ни одной? — усмехаясь, кивнул студентке вслед Баграт.
— А ты все также не пропускаешь ни одной? — буркнул я, заранее зная его ответ.
Горная кровь моего названного братца всегда бурлила в венах и тянула его на приключения. В отличие от моей, требующей сдержанности и хладнокровия.
— Зачем? Теперь с ректорским титулом они сами запрыгивают ко мне на колени.
Я этого не одобрял. В моих пенатах личные связи, тем более между преподавателями и студентами, были строжайше запрещены, вплоть до отчисления.