— Да. Резиденция клана Кабанов. Замок Хантлей. Хантли-Касл. Наш дом.
— Он больше похож на крепость.
— Он и есть крепость. Еще с тех времен, когда кланы враждовали и крестьянам нужно было убежище от захватчиков. Этому замку шесть сотен лет. Сейчас его немного осовременили, но камни помнят нашу историю.
— Поэтому сюда нет порталов?
— В том числе. Как дань традиции. Хотя один портал есть — из резиденции великого князя.
Наша коляска заезжала во двор замка, приближаясь ко входу, где нас встречали леди Инга и лорд Демир. Я с трудом узнала в этой властной роскошной женщине нашу милую Ингу. Ее волосы начали отрастать и были уложены в изящную прическу, украшенную диадемой. Золотисто-черное платье повторяло мундир ее мужа, черный с золотом. Лорд Демир, даже сквозь строгость мундира, был щегольски элегантен и выглядел франтом. Нас объявили, и мы раскланялись.
В зале играла музыка, неторопливо ходили пары. О, мой скромный жемчуг! Он мог бы провалиться сквозь землю от осознания красоты драгоценностей вокруг. И если бы мы с Шанталь не выросли в семьях, где светская жизнь — это не только колонка в газете, то точно бы сбежали.
Демон мой потерялся где-то еще на стадии коляски, но меня это уже не беспокоило. В сопровождении Пьера мы стали знакомиться с остальными гостями.
Наконец, мы увидели лорда Ральфа. Все в том же черном с золотом мундире, с массивной золотой цепью, обвивающей голову Кабана, на шее. Я поняла, что это регалии главы клана, и чувствовала легкий магический фон вокруг артефакта. Пьер с отцом были очень похожи, и я понимала, что лет через пятьдесят Пьер станет таким же импозантным и властным.
Лорд Ральф призвал всех к тишине и, подняв бокал, объявил, что бал посвящается счастливому возвращению лорда Демира.
Демир с Ингой стояли на самом видном месте и принимали поздравления и подарки.
А потом внезапно назвали мое имя, и мне пришлось ошарашенно раскланиваться и улыбаться. Такого я не ожидала. Но люди аплодировали мне и кланялись так искренне, так радостно, что было понятно — своего лорда Демира они любят бесконечно и того, кто вернул их кумира, готовы любить и ценить заочно.
Вдруг гости ахнули, и в зал откуда то из глубины замка стремительно вошла женщина в сопровождении четверых мужчин. Одного я узнала сразу — Эйвинд Карризи, молодой Ягуар, приходивший к нам вместе со своим дедом сэром Кристианом. Других я видела впервые. Зал тут же зашептался: «Княгиня. Великая княгиня».
И мы все, как один, поклонились правительнице Имугльского Княжества.
Женщина была потрясающе хороша. Точеное лицо с сияющей светлой кожей без намека на загар. Яркие, живые глаза. Пушистые каштановые волосы, падающие на спину блестящими волнами. Струящееся красное платье, нежно охватывающее слегка полноватую фигуру. Холеные руки.