— На Бибиковском бульваре сверни на Макаровскую. Объедем немного.
Они миновали Шулявскую и срезав путь, оказались на Ново-Госпитальной дороге.
— Где это место? — спросил Минус.
— У самого поворота на Печерск, — выдохнул Натан. — Дом бывшего инженерного ведомства.
Длинное жёлтое здание было обнесено высоким, местами прохудившимся забором. Ворота были закручены цепью с громадным ржавым замком. Вадик остановил лошадей и достав ключ из тайника в ограде, отворил ворота. Экипаж въехал прямиком ко входу. Минус и Натан вмиг вытолкали Бориса и распахнув незапертые двери, завели внутрь. Вадик отправился отогнать экипаж к владельцу.
Когда стих топот лошадей, Серёга достал кляп изо рта похищенного:
— Рассказывай! Зачем мальчишку убил⁈
— Не убивал я, — торопливо проговорил Борис. — Это Латыш с Колькой.
— А ты что делал?
— Ничего. Меня там и не было, когда они его порешили. Только он, стерва, свою швайку заработал! — при этих словах Борис возмущённо тряхнул головой. — Этот байстрюк Матроса заложил. Нас бы всех арестовали, когда бы там оказались!
— Почему заложил? — Минус внимательно поглядел на Борьку.
— Порода у него такая! — фыркнул тот. — Сам рассказал, как можно в собор пробраться, а потом на задки пошёл! Так не делается.
— Ясно, что не делается, — Серёга наигранно кивнул. — Зачем же ты ему всю голову истыкал?
— Это Латыш! Говорю, меня не было.
— Какой Латыш⁈ — коротко засмеялся Натан. — Тот рыжий задавил бы его и всё. Ты это был! Кончай пустое трепать! А то я тебе глаза выколю! Веришь⁈
Борис застучал зубами, на миг оглянулся и проговорил:
— Не я это был, истинный крест! Латыш сказал, что…
— Надоело! — в руках Натана сверкнуло лезвие бритвы, но не успел он шагнуть к Борису, как тот попытался отскочить и рухнул на пол, зацепившись за гвозди.
— Хватит, — Минус наклонился над ним. — Я тебя больше жалеть не буду. Сам виноват. Или счас говорить по делу начинаешь или мы с тобой поработаем как надо, но потом ты отсюда не выйдешь. Тебе так хочется⁈
— Ннет, — цокнул зубами упавший. — Ладно. Был я там. Только не убивал я! Латыш его убил, а не я! Матрос держал, а Латыш швайкой колол. Только он по-мокрому не умеет, бил как-нибудь, пока не затих байстрюк.
— Так Матроса задерживали, — Минус с сомнением посмотрел на Борьку, — как он с вами оказался?
— А чего? Отпустили. Он в то утро и решил байстрюка кончить, чтобы не поганил, стерва! Мальчишка ведь и Верку заложил, как кольцо сбывала, и наших. Чего жалеть эту падаль⁈ Гнилой он был.
— Да пох, какой он был, — Серёга улыбнулся. — Вы какого хрена не закопали его⁈ Специально не закопали, времени у вас полно было. Кто придумал на жидов свалить?