Внезапно грудь обдало таким интенсивным жаром, будто ее раскаленным добела прутом прижгли. Поморщившись, вынул из-под рубахи родовой кулон, доставшийся мне в наследство еще от отца, и уставился на него так, словно видел впервые.
Всё потому, что простенькое на вид украшение в настоящий момент будто бы зажило собственной жизнью. Мерцало в моей руке, окруженное алыми всполохами, подобно языкам пламени. Именно оно источало тот жар, от которого проступал пот, но не появилось ни одного ожога. Ни на груди, ни на ладони.
Редко кому удавалось по-настоящему меня удивить, но сейчас…
Может быть, я всё еще сплю?
Но всё самое интересное началось, стоило мне поднять голову и вновь осмотреться по сторонам. Серый и невзрачный подвал преобразился так же быстро, как кулон. По стенам его стремительно стали расползаться незнакомые мне рунические символы, и даже свет магического светильника блек на фоне багряного сияния, источаемого ими.
Вот камень за моей спиной и чуть правее зашуршал, и я обернулся, чтобы увидеть открывшийся прямо на моих глазах… потайной ход?
Сомневаюсь, что в обычных условиях его так просто было бы обнаружить. Разве что старые чертежи поместья всё еще хранились где-то в кабинете или в библиотеке. Все же этому месту далеко не один век и порой поместье перестраивалось.
Зато и шепот стал еще более различимым, чем прежде. Как раз за стеной-обманкой и должен был находиться его источник. Слова складывались во фразы, фразы в предложения, но я не понимал этого языка. Не знал его.
Тогда, снова поддавшись наитию и зову неизвестной природы, шагнул внутрь открывшегося передо мной прохода.
Лишь одна продолговатая комнатка оказалась за той стеной, и в ней не находилось ничего, кроме небольшого сооружения, напоминающего фонтан, в самой дальней ее части. Просто… фонтан? Теперь уже верится с трудом, учитывая, что как раз он и был источником невнятного шепота, который привел меня сюда.
Да и кому вообще надо было строить фонтан под землей?
Шаг за шагом пересек комнату, ступая по отсыревшему полу, и приблизился к сооружению. И впрямь, всего лишь искусно вытесанный из камня фонтан в форме чаши. Чернильно-черная вода кругами расползалась от центра чаши к краям, а зловещий шепот теперь, казалось, заглушал мои собственные мысли.
Не знаю, какой черт дернул меня протянуть к воде руку, но опомнился я, когда уже погрузил в нее пальцы правой руки. Холодная. Ледяная даже. Настолько, что пальцы почти сразу же онемели.
Нет, не только пальцы.
Когда я попытался отдернуть от чаши одеревеневшую руку, неопознанная черная жидкость внезапно сгустилась, не давая мне ни единого шанса сделать это! И чем больше силы я вкладывал, чем больше попыток высвободиться предпринимал, тем дальше темная вода устремлялась вверх по руке. Запястье, предплечье, локоть…