— Пошел ты на хрен… старик, — в моменте ожесточился взгляд загнанного в угол мужчины.
Челюсти его резко сомкнулись, а уже через пару секунд изо рта повалила густая белая пена. Дергающиеся в судорогах конечности, закатившиеся глаза, последний прерывистый вздох…
Яд. Причем довольно эффективный и быстродействующий. Скорее всего, капсулу с ним каждый из них изначально держал под языком на особый случай. Известный трюк для тех, кто ни при каких условиях не сдастся в плен и намеревается унести секреты господина с собой в могилу.
— Да черти бы вас подрали! — уже в который раз выругался Ковалев и смачно плюнул на труп. — Там, куда вы отправились, пощады точно не ждите… — чуть тише добавил он. Так, что услышал его, должно быть, лишь я один.
Иногда осознание своего бессилия может казаться хуже смерти. Знакомо не понаслышке. Еще в ту роковую ночь, дрожа от страха в руках гувернантки, я впервые познал это чувство.
Вот это оно и есть, когда некто, устроивший на тебя настоящую охоту, так легко способен улизнуть из-под самого носа. Хоть на сей раз по воле предков моим людям удалось отделаться малой кровью, но у «охотника» всё еще развязаны руки. И да, он всё еще жаждет обратить наследие моего рода в пыль, а значит, следующая попытка завершить начатое не заставит себя долго ждать.
— Ваше Светлейшество… не ранены? — повернул ко мне голову Ковалев вполоборота.
— Жить буду, — ответил ему уклончиво, просто потому что сам еще не осознавал толком где я — то ли здесь среди своих людей, то ли посреди другой битвы, что еще шла. И там, в отличие от текущей ситуации, шел дождь.
Пока что на глаза попался только продольный порез на бедре. В пылу схватки даже не понял, в какой момент мне его рассекли, но раз уж могу сейчас трезво мыслить и стоять на ногах, то терпимо.
Чего не скажешь о некоторых из числа моих гвардейцев, первыми принявшими на себя удар. Вот им помощь целителя пришлась бы очень кстати и, как назло, я решил сегодня не брать Кару с собой. Дать ей время восстановиться после первого похода и подготовиться к рейду на четвертый уровень…
Хотя, несмотря на скверное состояние, лица ребят светились улыбками, а в обращенных на меня взглядах читалось что-то сродни… восхищению?
Поглощенный боем и стремлением во что бы то ни стало разделаться с нападавшими, одновременно заботясь о сохранении жизни своих людей, я практически выпал из реальности, но они всё это время могли наблюдать за мной со стороны. Предки направляли меня, вели по уже проторенному пути удар за ударом, однако лишь одному мне была ведома правда.