— А! Извини, извини, я задумалась.
— Можно мне у тебя остаться? Я не хочу ехать домой, смотреть на рожи этих…
— Конечно, дорогая, о чём речь! Я распоряжусь, чтобы тебя разместили в гостевых покоях.
Хорошо всё-таки, когда родители надолго уехали к родственникам, и вы с братом сами себе хозяева.
Едва Лиза осталась одна, в дверь коротко стукнули условным сигналом.
— Входи, Юра!
Брат уселся в то же кресло, в котором недавно рыдала подружка.
— И по какому поводу истерика?
— Кажется, меч Пожарских оказался реально стоящим артефактом, — Лиза коротко пересказала брату новости.
Помолчали.
— Кур-рва, как он не вовремя его вернул, а! — Юрочка с досадой стукнул по подлокотнику. — Ведь почти сложилось, почти!..
— Да-а… — протянула Лиза, — если бы не этот меч, Димка Пожарский ни за что против историка не вытянул бы. Видела я его — он же малосильный! Еле-еле на подмастерье тянет. Весь план по швам пополз!
— Мда, если бы место наверху расчистить, то Фёдора можно было бы и не убирать. Дожать, чтобы аристократия получила достойные права!
Лиза испуганно обернулась на дверь в коридор.
— Нету никого, — успокоил её брат, — я всех отослал, чтоб поговорить спокойно. Так что там Настя? Ещё что-нибудь интересное сказала?
— Кажется, Пожарский с её отца большие отступные стребовал… Она так ревела, я не всё и разобрала.
— Опять неприятности… Пожарский в силу войдёт — глядишь, и союзников на свою сторону притянет, а это нам зачем?
— Если бы не этот меч! — снова с раздражением выкрикнула Лиза.
— Если бы не меч… — эхом откликнулся брат, потёр подбородок опаловым перстнем. Порывисто поднялся. — Вот что, Лиза, ты меня не теряй, я кое-куда съезжу.
— На Польское подворье? — с придыханием спросила Лизавета.
— Н-нет. Не могу пока тебе сказать, прости, обещался.
— Как — даже мне?..
— Не сердись, сестрица. Как только будет возможность — ты первая узнаешь. Уверяю, это для нашего общего дела.
ДЕЛО К НОЧИ
Нет, всё-таки хорошо, что я юриста нанял, иначе эти ушлые Салтыковы и тут бы меня облапошили. Что за родова такая торгашеская, будто не бояре, а мелкие лоточники? Однако Талаев дело знал крепко и быстро вызвал каких-то нужных людей, принесли столы, начали составлять бумаги — и укладывать этакой лесенкой в порядке должного подписывания.
Мы ждали. Я с мечом — и Салтыков со своими чёрными культями. Купол Арены продолжал держаться закрытым — ни наружу, ни внутрь.
Время клонило к вечеру. Часть студентов разошлись, часть были разобраны приехавшими родовыми безопасниками. Сразу стало видно, что в толпу замешалось довольно много людей в одинаковой форме — похоже, академическая служба охраны. Между группами бродили отдельные преподаватели, на трибунке для руководства сидел совершенно растерянный ректор с нахохлившимся секретарём.