— Неужели гном! — радостно произнёс я.
Я поправил венок на голове, отряхнул свою броню, велел гоблинами вытащить пальцы из носа.
Поле боя, конечно, убрали не до конца: местами ещё виднелись следы утреннего сражения, — но первое впечатление — это первое впечатление. Матрассийск должен выглядеть как процветающее поселение, а не как место бойни. Хотя бы немного…
Гном остановился метрах в двадцати от кургана, осмотрелся. Его маленькие глазки пробежались по нам, постройкам, следам крови на земле и задержались на мне.
Я улыбнулся, предвкушая потенциальный обмен. После такого утра хорошие новости были бы очень кстати.
— Ку, йопте, — произнёс он, поднимая ладонь и показывая странный символ из сложенных вместе указательного и среднего пальца, а также мизинца и безымянного, расходящихся в разные стороны.
Кажется, так вулканцы здоровались в каком-то древнем сериале… «Звёздный путь» назывался вроде.
Гном остановился в двадцати шагах от меня и разглядывал Матрассийск с выражением лица, будто любопытство боролось с разочарованием. Причём разочарование явно побеждало… Его же козёл, нагруженный тюками, философски жевал пучок травы, совершенно не обращая внимания на толпу вооружённых гоблинов и орков, что обступили хозяина полукругом.
Я сделал шаг вперёд, раскинул руки в приветственном жесте и в ответ на его слова произнёс максимально дружелюбным тоном:
— Добро пожаловать в Матрассийск! Мы рады гостям! Другими словами, ку, йопте!
Гном странно на меня посмотрел, снова поднял ладонь, сложил пальцы в уже знакомый вулканский жест и повторил:
— Ку, йопте.
Я моргнул. Рядом стоящие гоблины переглянулись, ничего не понимая, и только Бруп повторил жест и тоже «куйоптнулся».
Гном одобрительно кивнул и разразился длинной тирадой на своём языке, сопровождая каждое слово энергичной жестикуляцией. Он показывал на свой мешок, на козла, на наше поселение, на небо, на свои ноги, ещё раз на козла и закончил широким жестом, означающим то ли «я устал», то ли «ваш мир обречён».
Я не понял ни слова… Зато понял, что передо мной, скорее всего, не торговец, а путник. Одного системного торговца я уже видел, и он хорошо болтал по-нашенски. У него и место для хранения товаров было, и охрана… У этого же гнома ничего такого нет. Зато есть козёл, нагруженный так, что любой ишак бы позавидовал выносливости рогатого.
Одежда и экипировка гнома выглядели весьма сносными для нашего века: длинные льняные ткани, какие-то тёмные и серые накидки, что-то серебряное, металлическое на груди под верхней одеждой, топор за поясом.