Обсудили на общем совете постройку частокола и ворот. Необходимость укрепления защиты назрела с появлением вражеской армии. Конечно, мы заберём главного строителя с собой в этот поход, но нельзя терять время. Нужно как минимум собрать материалы для постройки в достаточном количестве. А Болт тем временем посмотрит на организацию строительства у орков.
Эйнштейн, единственный, кого битва не выбила из графика, радостно доложил, что исследование продвинутого земледелия продвинулось до девяноста восьми процентов уже к ужину, и я ждал, что вот-вот будет завершена очередная технологическая веха и мы перейдём к изучению загонов. Не гоблинских, связанных с фертильностью, полуночным образом жизни и традицией метания козявок, а настоящих, для животных.
Я принял доклад и заметил странно стоящую, чуть не падающую с вышки Морковку. И сразу понял, что она что-то заметила со своего высокого «насеста».
— Вождь! Кто-то идёт! Один!
Я махнул рукой, чтобы она не орала так громко. Я ведь близко. Сделал шаг в сторону кургана, но гоблины и орки меня опередили, помчались вперёд с оружием в руках. Вот это геройский настрой!
— Непохож на желтопуза! — добавила Морковка щурясь. — Маленький! С животным каким-то!
Я поднялся на курган и прокашлялся, чтобы толпа передо мной рассосалась в стороны и не загораживала обзор. Взял у Орочи его глазнюки.
— Стоп! — поднял я руку, останавливая готовых к атаке бойцов. — Это не враг! Одиночка, с навьюченным зверем. Похож на торговца. Или странника.
— Торговца⁈ — глаза ближайшего гоблина загорелись.
— Или странника, — повторил я. — В любом случае таких надо приветствовать как дорогих гостей. Убрали оружие! Улыбаемся и машем!
— А-А-А-А! ПОНЯТНО! — хором ответили гоблины, и я не был уверен, что они правильно поняли концепцию гостеприимства… Но хотя бы копья опустили.
— Ты… — указал я на гоблина со здоровыми ушами. Хотя они все тут такие, но этот был от природы наделён особыми локаторами. — Найди Миори возле мастеровых, попроси её принести мой Гиматий тирана…
Помощница вскоре прибежала с красным свёртком. Я замотался в гиматий, косплея древних греков, и сразу стал выглядеть капельку торжественнее.
Фигура приблизилась. Теперь я мог рассмотреть гостя без очков. Коренастый, широкоплечий, ростом с крупного гоблина, но сложенный совершенно иначе. Густая борода, заплетённая в две косы, из-под капюшона торчал нос картошкой. В руках длинный посох, на поясе топорик. Рядом с ним степенно вышагивал горный козёл с огромными загнутыми рогами. Он был нагружен тюками до состояния передвижного склада.