Доу понимал: завтрашний день станет последним.
Они не могли пойти на прорыв, на это у них просто не было сил. Для успешного прорыва нужно было вымотать противника и нанести ему неприемлемые потери, а потом уже бить единым кулаком в самую слабую точку обороны. Но сейчас этот кулак был разжат, а пальцы переломаны.
Разведчики докладывали неутешительные новости: армия Республики подтянула тяжёлую артиллерию и бронетехнику, и завтра утром пойдут на штурм. Вот тогда-то всё и закончится.
Доу Миншенг сделал всё, что мог. Но чудес не бывает. Он лёг на узкую койку, накрывшись колючим армейским одеялом. Нужно поспать хотя бы пару часов, чтобы завтра встретить смерть с ясной головой.
— Командир! — из дрёмы его вырвал знакомый голос. — Командир Доу!
Полковник резко сел на кровати, рука машинально потянулась к кобуре с пистолетом. На пороге его конуры стоял Шао — молодой командир передового отряда.
— Что такое? — спросил Доу, ожидая худшего.
Скорее всего, где-то прорвали оборону или начался артобстрел.
— Вам нужно это видеть, командир. Это… простите, но я не знаю, как это назвать.
Доу быстро натянул сапоги и последовал за Шао. Пока шли по длинным бетонным коридорам бункера, ведущим к лазарету, Доу мысленно готовился увидеть страшную картину: разорванные тела и кровь…
Шао толкнул створку, ведущую в главный медицинский отсек, и Доу застыл на пороге, ожидая услышать стоны и почувствовать приторно-сладкий запах смерти. Но вместо этого он увидел… чудо. Люди, что ещё вчера лежали в бреду с ампутированными конечностями и тяжёлыми осколочными ранениями, сейчас сидели на койках, переговаривались и даже смеялись. Те, кто был легко ранен, вообще стояли на ногах, разминая мышцы.
Доу моргнул и на всякий случай ущипнул себя за запястье, подумав, что он всё ещё спит.
К нему подошёл доктор Вэй — пожилой, на крайне опытный хирург, который за последние три недели буквально не отходил от операционного стола.
— Командир Доу! — Вэй развёл руками. — Я не понимаю! Это какая-то фантастика!
— Что случилось?
— Они выздоравливают! — Вэй указал на пациентов. — Все! Тяжёлые идут на поправку с такой скоростью, будто их лечат какой-то неизвестной нам магией! Те, кто был при смерти, сейчас просят есть и думают о женщинах! А легкораненые вообще готовы хоть сейчас идти в бой! Их раны затянулись, рубцы рассосались! Я за всю свою практику такого ни разу не видел!
Доу нахмурился, он был реалистом и ни в какие чудеса не верил.
— Доктор, вы можете дать этому какое-то объяснение?
— У меня есть одна версия, командир… Но она звучит как безумие.