Сквозь треск разрядов и пляшущие пятна перед глазами капитан, наконец, разглядел источник угрозы.
По стенам и потолку, быстро перебирая лапками, ползали десятки механических тварей. Пауки. Чёртовы механические пауки! Они были повсюду, и именно из их маленьких, но смертоносных корпусов били эти молнии.
Магомедов попытался вскинуть автомат, но мышцы не слушались. Очередной разряд ударил в плечо, заставив руку безвольно повиснуть. Ещё один — в ногу. Он упал на колени.
Вокруг падали его товарищи. Лучшие из лучших. Элита, которую унижали в грязной квартире механические игрушки.
Последний разряд, яркий и плотный, как удар кувалдой, прилетел ему точно в лоб.
Сознание помутилось. Магомедов повалился на спину, глядя в потолок невидящим взглядом. Тело онемело, он не мог пошевелить и пальцем.
И тут он почувствовал движение.
Что-то маленькое и тяжёлое запрыгнуло ему на грудь. Он с трудом скосил глаза.
Прямо на нём сидел один из этих пауков. Механическая тварь деловито перебирала манипуляторами, а затем потянулась к его подбородку.
Со щелчком расстегнулась застёжка шлема.
Магомедов похолодел. Этот тактический шлем индивидуальной сборки с системой целеуказания, ночным видением и ментальной защитой. Он стоил как хорошая трёхкомнатная квартира в столице!
Паук, ловко орудуя лапками, начал стягивать с него драгоценную экипировку.
— Что за… — прохрипел Магомедов, пытаясь собрать остатки воли в кулак.
Дрон замер. Он медленно повернул свою «голову» к лицу капитана. Его оптический сенсор мигнул, и Магомедову показалось, что в этом механическом взгляде читается нескрываемое раздражение и недовольство. Мол, «лежи смирно, не мешай работать».
Паук чуть отстранился, нацелил манипулятор прямо в переносицу капитана.
Короткая вспышка.
Разряд ударил в упор, и для капитана элитного отряда «Альфа» наступило время послеобеденного сна.
Окрестности Уссурийска
Недостроенное сооружение, территория ООО «Филин»
14:06
Полковник Сурков, командир группы «Альфа», был зол.
Нет, не так.
Он был в бешенстве, которое с трудом сдерживал под маской профессионального хладнокровия.
Всю дорогу до этой чёртовой башни в его ушах звенел голос канцлера Барышникова. Обычно сдержанный и вежливый, глава Тайной Канцелярии в момент личной постановки задачи позавчера сорвался на крик. А всё потому, что Сурков посмел усомниться в адекватности приказа.
— Вячеслав Игоревич, при всём уважении, — сказал он тогда по закрытой линии, — гонять элиту Империи за школьниками… Это стрельба из гаубицы по воробьям. Мы же не няньки.
— Твоё дело — выполнять приказы, полковник! — рявкнул Барышников так, что динамик затрещал. — Если я сказал поймать детей, значит, ты летишь и ловишь детей! И мне плевать, что ты об этом думаешь! Мне нужен результат, а не твоё экспертное мнение!