Я видел, как он уже начинает уставать. Его атаки становились все медленнее, а удары все слабее. Моя тактика по сражению с амбалами работала. Только вымотав его окончательно я мог что-то с ним сделать.
Но сейчас я находился зажатым в углу, а это могло понести чреватые последствия. Нужно было что-то делать.
Этот гад не останавливался ни на секунду. Его удары сыпались со всех сторон, и у меня уже не оставалось места для маневра. На моей стороне была ловкость и небольшие, относительного него, размеры.
В одну из атак, мне удалось отбить его меч в сторону. Из-за усталости гриммера повело вперед прямо на меня, а я воспользовался этим моментом и юркнул у него под рукой в сторону. Вот теперь гриммер находился зажатым в углу. Я атаковал его сверху рубящим ударов, но он вовремя успел развернуться, подставив свой меч.
Лезвия скрестились. И о, да. Я почувствовал, как оно провисает под моим напором. Эта тварь устала, как и многие оказавшиеся в его положении.
Почувствовав в себя силу, я начал атаковать. Удар за ударом неслись на гриммера. Он по началу пытался от них уворачиваться, но потом просто подставлял свой меч.
В один из моментов мое лезвие соскользнуло, я подался вперед, а он одним движением достал из откуда-то короткий кинжал и воткнул его прямо мне в грудь.
Стало трудно дышать. Лезвие чудом не задело сердце. Прошло буквально в каких-то сантиметрах. В глазах тут же потемнело. Но я не мог позволить себе такого. Нужно было возвращаться в себя, справиться с охватившей болью и выиграть эту схватку.
Гриммер воспользовался моментом. Он отмахнул мое лезвие и тут же сделал выпад вперед. Это привело меня в чувство. С трудом наотмашь я отбил его атаку.
Руками двигать было тяжело. Да, как и всем торсом в принципе. Все мои движения сковало. Я сделал два шага назад, с трудом отбивая очередные атаки. Нельзя было терять самообладания. От меня без преувеличения зависела жизнь всего человечества. Я чувствовал, как злость подкатывала и накрывала меня с головой. Нельзя опускать руки! Нельзя сдаваться! Только вперед к победе!
Собрав последние силы и все волю в кулак, я, не обращая внимания на боль, рубанул наотмашь мечом. Гриммер не ожидал от меня такой атаки. Спорю на что угодно в тот момент он уже праздновал свою победу, наблюдая за моим плачевным состоянием.
Его увело в сторону, когда мой ксалантир звякнул лезвием о его меч. Возвращаясь обратно, он оказался как раз на лини удара. Нельзя было упускать такую возможность.
Вложив весь гнев и силу в свой замах, я обрушил удар на шею своего противника. Лезвие мелькнуло слишком быстро. Он даже не успел ничего понять, а его голова упала с плеч мне под ноги.