— Тварей, что мы убили, было всего две, — зло прошипел Хирург, сплёвывая на пол кровавую слюну. — На разведку приходили. Теперь же их тут целое полчище. Вам ни за что не отбиться, идиоты!
— Не твоё сраное дело! — сверкнула зелёными глазами смуглянка. — Заткнись и сиди смирно!
В прикрытую и перегороженную мебелью входную дверь с силой ударили. Монстрам было невдомёк, что она открывается в подъезд. Но это пока. От псов, выбравших местом обитания город, можно ожидать всё, что угодно.
— На, возьми, он заряжен, курок взведён, прицелишься и нажмёшь на этот спусковой крючок. — Илья протянул Годогосту обрез Пузыря.
— Не стоит, отрок, оставь эти огненные дудки себе, — маг стоял, занеся меч, готовый в любой момент отразить атаку. — От оружия, с которым не умеешь управляться, проку мало.
— Мне бы с пистолетом справиться, — качнула головой Ясмина, поймав направленный на неё вопросительный взгляд парня. — К тому же у меня есть меч. Я вроде научилась неплохо им управляться.
Вот это «вроде», произнесённое Ясминой, больше всего и беспокоило парня. Сам он предпочёл мечу обрез, надеясь, что не прогадал.
На дверь продолжали наседать. Сбитое, частое дыхание, скрежет когтей по бетону и железу, нетерпеливое поскуливание, переходящее в лай — вся эта какофония звуков пугала и мешала сосредоточиться. А из зала вновь закричал неуёмный пилигрим. Годогост только сейчас сообразил, что мог бы отправить этих двоих в объятья бога Сна [40] и не отвлекаться на провокации. Впрочем, откат от, казалось бы, простых магических действий, мог также стать причиной его несобранности.
— Что вы там рядитесь, лопухи⁈ Оружием даже пользоваться не умеете, а похватали неумелыми ручонками! — язвительно прокричал Хирург. — Доверьтесь профессионалам — и останетесь живы!
— Да отпустите же нас, придурки! — истерически вторила Люба. — Неужели вам не понятно, что без нас вам конец! Порвут вас шавки в лоскуты!
Пилигримы, не знавшие о даре Ильи, настаивали на своём. Все их устремления сводились к одному — уцелеть. Пленённые скитальцы хотели сами разобраться со зверьём, но лишь потому, что не доверяли это дело горстке незнакомцев. Ещё они боялись вожака стаи и надеялись, что его не будет на сегодняшней охоте за людьми.
Ясмина почувствовала острый приступ голода. И это в такую минуту? Безусловно, организм не обмануть. Но в другое время выброшенный в кровь адреналин творил чудеса, приглушая потребности. Однако, что же случилось сейчас?
«Рвать зубами плоть, вгрызаться в тёплое мясо, пить хлещущую из артерий кровь…»