Крутс и Ульга переглянулись. И унд миролюбиво, сказал:
— Я не обижаюсь на тебя. Наверное, ты поступила правильно. И без нашей поддержки у тебя ничего не получилось бы.
— О чем ты говоришь? — на лице предводительницы появилась грустная улыбка. — Я ведь загнала всех в ловушку и все. Подвергла жизни друзей опасности. А в итоге, никакого лечения. Одни только неприятности.
Унд взял ее ладонь в свою. И она ощутила приятную дрожь в коленках и учащенное биение сердца.
— Я обещаю, вместе мы справимся со всеми невзгодами. И избавим тебя от этой довольно милой чешуи… — Его щеки покрылись пунцой и он смущенно потупил взор.
— Если он предложит нам еще какую-нибудь авантюру, клянусь, я размозжу ему голову, — пытаясь утихомирить свой гнев, сквозь зубы процедил Юнг.
— А потом снимем ее с плеч и зашвырнем в помоечные ямы, — поддакнул здоровяк.
Битый час они сидели в закрытой библиотеке подводного народа и пытались отыскать иголку в стоге сена. ХандерБрук всучил им четыре символа обозначающих слово «Покровительница» и кучу кальки с серыми грифелями. А дальше Тронутых ждала весьма кропотливая работа. С одной стороны, все предельно просто. А с другой — не так-то легко перелопатить тысячи каменных табличек, отобрать те, где упоминаются заветные символы, а затем, наложив на камень бумагу, зачертить ее грифелем. Вуаля! — и копия готова.
Юнгу поставленная задача давалась так же тяжело, как и здоровяку. Только в отличие от малограмотного Фрейда, его худощавому приятелю все-таки удавалось усидеть на месте.
Нелюбовь к кропотливой работе у Юнга шла из детства. Успокоиться, сосредоточиться, настроиться на однообразный труд — это все не про него. Может, именно по этой причине, через пару часов усилий у здоровяка оказалось на пять найденных табличек больше, чем у его более грамотного коллеги.
— Скотина, этот Хантер! — вычертив очередную историческую плитку, Юнг с ненавистью скомкал лист и зашвырнул его в общую кучу. — Лично я не для этого нанимался. Мог бы взять парочку этих пучеглазых головастиков.
— Это точно, — согласился Фрейд. — Каждый должен, как бы это, заниматься своим делом.
Через пару часов дело было закончено, они выбрались из округлого лаза, в котором хранились древние послания, и, сложив изрисованную кальку в пузатый саквояж, направились к выходу. Узкий каменный коридор вывел их выше на двадцать ступеней. Первым попытался выйти Фрейд. Сделал два шага и получил мощный удар в грудь. Попятился назад и едва не придавил щуплого напарника.
— Что за!.. — попытался возмутиться Юнг, но с поверхности послышался дикий вопль, который заглушил все посторонние звуки.