Я же потеряв поддержку, завалился назад и упал на спину, больше не видя и не слыша ничего.
Моё пробуждение было тяжёлым и болезненным. Открыв глаза, я уставился в потолок, пытаясь понять, где я и что происходит.
Мои губы были пересохшими, а дышать было трудно, так как каждый вдох отдавался болью, а сама грудная клетка была туго стянута.
— Слушай. Как думаешь. Может подкатить к нему, как он очнётся? — услышал я женский голос.
— Лучше не стоит. Ты что не слышала, как те две орали. Целее будешь. Там же даже врачи вмешались. — С нотками ехидства и насмешки произнёс другой женский голос, что был словно старше.
Я же слегка повернул голову влево на подушке и увидел двух женщин в белых коротких халатиках, что стояли ко мне чуть ли не спинами у медицинского столика.
В голове же всё прояснилось, и моя память вновь функционировала, давая мне полное понимание ситуации.
Я в госпитале, а значит, не помер после заварушки с двумя Потрошителями, а вот, о чём говорят медсёстры, я не совсем понял. Женщины явно говорили про меня. Однако каким боком тут крики женщин? Кто там мог кричать? Да притом в госпитале.
Меж тем женщины продолжали болтать, а я решил их не прерывать и послушать сплетни из первого ряда, поэтому закрыл глаза и притворился, что всё ещё в бессознательном состоянии.
— Блин. А он такой красавчик. Я его после операции сопровождала. Ты бы видела его голое тело. Я даже не пару секунд забыла, что от меня требуется. Понятно, что те две истерички так орали и выясняли отношения. Он так молодо выглядит. И не скажешь что из спецотдела.
— А ты бы видела тех истеричек. У тебя нет шансов против них. Да и вообще, ты в его личное дело-то смотрела? — Всё так же с ехидством более опытной сотрудницы госпиталя, произнесла более зрелая черноволосая медсестра.
— Нет. Когда мне было смотреть-то. Я после операционной, как сопроводила его в палату, сразу в душ пошла, потом в кафетерий, а потом сразу сюда.
— Он студент первого курса университета. — Хохотнула женщина.
— Что? — Громко произнесла молодая медсестра, чьи волосы были покрашены в розовый цвет. — Ой. Как? Быть не может. Я слышала, что он двух Потрошителей убил. Ты, наверное, что-то путаешь Маш.
Мария посмотрела на свою коллегу, как на дурру.
— Мила. Мы работаем по базе ЦВВД. Этот парень действительно первокурсник. Но представляешь, у него уже десятая ступень развития. В документах указано, что он жнец. Однако после полного обследования у него выявлен магический элемент земли.
— Стой, — моргнула Мила, уставившись на коллегу, держа в руках пузырёк и шприц. — А как тогда возможно, что он сотрудник ЦВВД?