Я взял у нее самый обычный шерстяной носок и повертел его в руках. Вот ведь что делает с людьми хорошая генетика и десятки поколений искусных ткачих в родословной. Я показал ей, как вяжут петли, и уже через пару минут жена отобрала у меня спицы и бойко застрекотала ими, почти не делая ошибок. Только с пяткой она изрядно намучилась, но вскоре победила и эту проблему.
— А ведь очень неплохо, — сказал я, и Креуса даже порозовела от удовольствия. Она встала, подбросила в очаг косточки маслин, которыми мы здесь топим, и снова уселась в кресло.
— Надо связать подарок твоему отцу, — сказал я. — Думаю, он будет счастлив по такой-то погоде.
— У меня есть пурпур и золотые нити, — понятливо кивнула Креуса. — Царь не может носить грубую шерсть.
Правильно, — думал я. — Сначала подарим носки царю и царице, а потом, когда это станет модным, пустим нашего купца торговать. Пусть отрабатывает свою кашу, бездельник языкастый. Надо рабынь сажать за спицы. Пусть лучше вяжут, чем ткут. Это куда выгоднее для семейного бюджета.
— Эней! Креуса! — в комнату с шумом вошел отец, напустив холода с улицы. Он снял плащ, сшитый из волчьих шкур, повесил его сушиться, а потом повернулся ко мне и протянул короткое, толстое копье с железным наконечником. — Вполне неплохо. Взял им кабана только что. Как ты это сделал? Ведь железо — мягкий металл!
— Железо можно улучшить, отец, — пояснил я, — если прокалить вместе с толченым в мелкий порошок углем. Так оно становится даже тверже бронзы. Мастер Урхитешуб уже работает над этим. Если хочешь, я покажу.
— Ты знаешь, — Анхис сел на табурет и придвинулся поближе к огню, протянув к нему озябшие руки. — Я ведь думал сначала, что боги помутили твой разум, сын. А теперь я думаю обратное. Они шепчут тебе, вкладывая в твою голову свою волю. Я уже перестал удивляться чудесам, что происходят вокруг нас. Всю жизнь я управляю колесницей, а ты сделал свой хомут вместо привычного мне ярма. Получается так, что я, знаменитый на всю Дарданию воспитатель лошадей, ничего о лошадях не знаю. Сегодня я ехал на спине коня, как кентавр из северных степей. Это так необычно… Но послушай своего отца! Попона не годится! Нужно равномерно распределить вес тела, иначе мы искалечим спины коней.
— Да, отец, — понурился я. — Я пытался, но не смог. Я знаю, что на попону нужно положить седло, но у меня ничего не вышло. Поможешь?
— Помогу, — серьезно кивнул Анхис. — У меня есть пара мыслей.
— Спасибо, отец! — я совершенно искренне обрадовался. Анхис, опытнейший воспитатель лошадей, сразу увидел мою ошибку. Он нутром чует своих коняшек. По-моему, он даже разговаривает с ними, а они разговаривают с ним.