— Чтобы тебе совсем понятно стало, — добавила я, — объясню на пальцах, — крокодила кто-то съел изнутри, оставив только шкуру и кости. А эта кашица, скорее всего, и есть продукт метаболизма паразита.
— Говно стало быть, — пробормотал младший научный сотрудник и покраснел.
— Грубовато, но в принципе верно.
Хорошее объяснение я придумала, но очень уж неправдоподобное. Только других идей у меня пока нет, значит оставим как версию. Хотя я и никогда не слышала о столь прожорливых некрофагах, чтобы стокилограммовую тужу сожрать за пару дней.
С другой стороны, в дикой природе все живые организмы друг другом питаются. Осуществляют, так сказать, круговорот химических элементов. Сами крокодилы тоже падалью не брезгуют. Тем более сейчас, когда с привычной кормовой базой сильный напряг.
Теоретически это вообще возможно?
Я снова повела скальпелем внутри брюшины, на этот раз погрузив лезвие немного глубже в непонятное содержимое, почти по самую рукоять. Если это действительно паразит, то он все еще должен быть здесь, внутри. Сбежать не мог, внешние покровы рептилии были в целости и сохранности. И он должен быть достаточно больших размеров, чтобы сожрать и переварить внутренности стокилограммовой рептилии за двое суток прошедших с момента смерти. Живой или мертвый, один или несколько…
Я заранее знала куда смотреть, поэтому, заметила легкое шевеление внутри биомассы.
Быстро скомандовала Васильку:
— Пинцет!
Василий незамедлительно передал мне инструмент. Он пока еще ничего не понимал, а пояснять свои действия я не собиралась. Пусть привыкает соображать самостоятельно.
— Готовь лоток.
— Этот? — уточнил Василий.
— Да мне без разницы, — буркнула я себе под нос, — только побыстрее давай.
Подцепила краем скальпеля что-то небольшое, тонкое, длинное и несомненно живое. Что-то похожее на дождевого червя, только плоского, белого цвета. Ухватила пинцетом, извлекла из субстрата и попыталась рассмотреть.
— Попался, голубчик!
Сначала я подумала, что это какая-то разновидность цестоды — ленточного червя, но внешний вид был совсем иным. Мускульное сегментированное и слегка приплюснутое, как у пиявки, тело с мощными, выдающимися вперед челюстями. Совершенно незнакомый вид!
Не сказать, что я такой уж большой специалист по паразитам, но на болотах насмотрелась всякого добра. Уж чего-чего, а ленточных червей держать в руках приходилось неоднократно.
Существо внезапно оказалось сильным и вертким, извивалось, зажатое в пинцете, словно маленькая змейка, так и норовя выскользнуть. Челюсти угрожающе раскрывались, обнажая розовые костяные наросты.