— Тогда собирай вещи, Ириш. Завтра поедете, как планировали. Но с охраной.
— К-какой еще охраной?
— Которая поможет тебе не наделать глупостей, — усмехается он понимающе. — Ты девочка гордая, и я это оценил, еще когда познакомился с тобой. Но сейчас… — он делает многозначительное паузу. — Сейчас выключи ее.
Последние слова наполнены угрозой, от которой у меня мурашки по коже пробегают.
Он мне угрожает. Скрыто, да, но угрожает! Никогда я не думала, что мой муж может обернуть против меня же свою власть.
— Дай пройти, — тихо прошу, однако Игорь не торопится выполнять это, напротив, подходит еще ближе. А я начинаю задыхаться. Меня мутит, кажется, что вот-вот просто вывернет от запаха его туалетной воды, которую я же сама ему и выбирала!
— Ира, я не дам тебе развода, — чеканит Вертинский. — Уясни это. И прежде чем что-то предпринять, хорошенько подумай — стоит ли все разрушить.
— Ты сам все разрушил… Сам… — сглатываю слезы, отвожу взгляд. Слишком больно видеть глаза любимого мужчины, который теперь — чужой. И каждое его прикосновение — чужое. — Не трогай меня.
Мне сейчас очень страшно — физически муж сильнее. И я чувствую — он на взводе. Учитывая, что он сегодня повел себя крайне агрессивно, я понятия не имею чего ждать. Однако Игорь неожиданно отступает.
— Нам обоим надо остыть, — отстраненно произносит он. — Не провоцируй меня, Ир. Тебе не понравится, если мы станем врагами.
Он уходит, а я практически сползаю на пол. Меня бьет крупная дрожь, и теперь уже наш дом не кажется мне надежным местом. Всхлипываю, закрываю рот ладонью, чтобы не показать собственную слабость. Кое-как справившись с накатывающей истерикой, возвращаюсь обратно в детскую, запираю дверь на всякий случай. И долго-долго стою возле окна, вглядываясь в ночное небо, пока меня не отвлекает мерное жужжание мобильного.
Меньше всего сейчас хочется с кем-то говорить, но я все же проверяю, кто это может быть. Оказывается, мама.
Сообщать подобные новости на ночь — плохая идея. Но я сейчас совершенно одна против новой реальности, и отчаянно нуждаюсь в поддержке.
— Мам?
— Ира? — встревоженно переспрашивает она. — Что у тебя с голосом?
Горько усмехаюсь. Я ведь даже ничего не сказала, а она уже почувствовала. Невольно оглядываюсь на Лизу, сладко спящую в кроватке. Будет ли у меня с ней такая же связь?
— Дочь, не молчи. Что случилось?
— Игорь мне изменил.
Закрываю глаза, выдыхаю. Стоит произнести эти три слова, как моя жизнь окончательно меняется. До этого момента я могла бы сделать вид, притворится и как-то склеить разбитое счастье. Но теперь — нет. Теперь это становится известно и вне нашей семьи…