И было более честным прийти и признаться в том, что есть другая, нежели чем ходить и гулять втихаря.
Да, я признался. Да, я понимал, что я ещё не уверен ни в чем. Как можно просто взять и сделать выбор, когда здесь у тебя вся жизнь, а там у тебя сейчас эмоция.
Что меня теперь это за это надо распять?
Я объективно понимал, что если бы мы с Илаей смогли договориться, если б мы выждали какое-то время, то, возможно, ничего бы этого не было.
Ну нет, вы что? Нет, нет, нет. Этот вариант вообще не подходил, не рассматривался никак.
Развод и все тут.
И самое дурацкое было, что в разводе меня сделали отщепенцем, я не мог даже общаться нормально со своими детьми: если Давид и Агнесса ещё кое-как сквозь зубы со мной разговаривали, то Киря…
Кирюжа это просто бес, бес, дьявол!
Он, мало того, что не трудился скрывать своё презрение, так ещё и вытворил черт пойми что.
Вот сейчас и мне в этом надо было разобраться.
— Да к ней поеду, чтобы все до конца выяснить: Кирилл просто так по морде получил или у тебя рука сорвалась, — зло фыркнул, глядя Давиду в глаза.
Сын перехватил меня за локоть, и мы с ним вышли из ресторана.
— Ты понимаешь, что это все из-за тебя. Если бы ты держал ремень на замке, то ничего бы этого не было. Ты полгода мотаешься, как непонятно что в проруби: к маме вроде хочется, и там ничего продалбливать не собираешься. Вот как странно выходит. Да, пап?
Я посмотрел недовольно на Давида.
Все они такие умные, все они так интересно рассуждают. Все-то у них правильно, они-то никогда не ошибались, только не надо зарекаться. Не исключено было, что когда-то Давид может оказаться на моём месте. Не исключено было, что Кирилл окажется на моём месте. Не исключено, поэтому не надо ходить и оценивать меня как главного злодея истории.
Знаете, мужской климакс, как я сейчас это называю, дело ужасное. Вроде бы головой понимаешь, что не надо изменять, не надо предавать, не надо уходить к другой женщине. А в груди что-то такое бьётся, очень похожее на сердце, только больше, сильнее.
Да, я не буду врать, да, мне хотелось ощутить все то, что было у меня в самом начале, когда только я познакомился со своей женой, да, я хотел, чтобы вот этот ураган эмоций, чтобы обязательно секс на кухонном полу.
Но не было такого уже давно, не было! Мы слишком любили друг друга, чтобы в нашей семье осталась страсть.
Любовь это немножко другое.
Она не строится только на вожделении.
Я представить себе не мог, как это взять и завалить жену просто так, без прелюдий.
Ну нет. Нет у нас был определённый сценарий. И вообще Илая ненавидела заниматься любовью где-то вне спальни, её это раздражало и вымораживало, постоянно психовала от этого. Говорила, что она себя не на помойке нашла, чтобы такими делами в машине заниматься и в отелях.