– Анька, когда ты перестанешь врать? – со вздохом спрашивает Саня.
– Я не вру, – запальчиво отвечает девочка. – Я сочиняю!
– Я тоже люблю сочинять истории. – Присаживаюсь перед машинкой и протягиваю Данику руки. Он так сладко пахнет карамельным шампунем, что не могу удержаться, целую в светлую макушку. – А ты записываешь свои истории? – поворачиваюсь к Ане. – Есть специальные сайты, где можно выкладывать рассказы.
– Да?.. – недоверчиво тянет девочка, а в глазах я вижу интерес. – И детям можно?
– Если бесплатно, то можно, а если продавать захочешь, то придется на папу оформить.
Несколько лет назад я пыталась попробовать себя в писательстве, тщательно изучила все сайты самиздата, даже списалась с некоторыми из них. Но из-за болезни Даника пришлось распрощаться с этой мыслью. Мне читать времени не хватает, не то чтобы писать.
– Расскажешь? – как-то резко переходит на «ты» девочка и тут же с вызовом добавляет: – Ты ведь станешь моей мачехой, значит, можно говорить ты!
– Анна!.. – многозначительно тянет Саня. – Обсудим позже. В этот раз все прошло хорошо, – глядя в глаза дочери, продолжает он, – но ты ведь понимаешь, бабушка не успокоится, так что…
– Она все равно не заменит ее!
Девочка сжимает губы.
– Маму никто заменить не может, – говорю тихо. – Никогда. Она всегда будет с тобой в твоем сердце и памяти. Но мы ведь можем просто дружить?
– Но не жди, что я буду называть тебя мамой.
– Ольгой будет достаточно, – доброжелательно улыбаюсь я. – Мы просто помогаем друг другу.
– Запомни это, Оля! – совершенно серьезно говорит девочка.
Ей точно двенадцать лет? Аня хочет сказать еще что-то, но, столкнувшись взглядом с отцом, замолкает. Кивает и протягивает мне ладошку, которую я осторожно жму. Даник тоже хочет поучаствовать и тоже с самым серьезным видом тянет к Ане ручку.
С этой девочкой просто не будет. Я даже не представляю, как наладить с ней отношения. Она слишком взрослая, чтобы не понимать ситуацию. И, похоже, ревнует меня к отцу.
Дети садятся с нами за стол. Даник все время льнет к Анечке, повторяя все за ней, даже остановился на одной ложке сахара в какао, хотя обычно просит две. Сегодня же он делает все, как Аня. Ест торт вилкой, вытирает рот салфеткой и пьет из точно такой чашки, как у Ани – синей в цветочки.
Аня с ним ведет себя, как настоящая старшая сестра. Я немного боялась, что ее нелюбовь ко мне передастся и на Даника, но нет, с ним она заботливая и внимательная.
– Я умею воспитывать малышей, – говорит она, замечая мой напряженный взгляд. – У папиных друзей все малявки, поэтому я знаю, как с ними разговаривать и вести себя.