Оранжевый язычок прикоснулся к коре, помедлил немного, то вспыхивая, то затухая, и начал потихонечку набирать силу. Дрова затрещали, на стенах заплясали яркие сполохи, потянуло первым дымком. А вот уже и труба прогрелась, раззадорилась тяга, пламя в топке весело загудело. Эдик с облегчением выдохнул — у него получилось.
Огонь — одна из трёх вещей, на которые можно смотреть бесконечно. Кстати, ещё помогает с негативными переживаниями справиться. Вот и Эдик устроился напротив печи, сложил по-турецки ноги и залип на танцующие языки. Какое-то время он подкармливал пламя полешками, но вскоре по бане разлилось тепло, усталое тело сморило и лорд Альдеррийский, позабыв о невзгодах, уснул. Прямо так, сидя на полу.
Судьба ли сжалилась над несчастным приключенцем, звёзды ли сложились соответствующим образом, но за ночь ничего не случилось. Разве что, поутру Эдик с трудом разогнул затёкшие ноги, да спина от неудобной позы немного болела. Но это сущие мелочи, по сравнению со всем остальным.
Баня вполне сохранила тепло, в баке нашлось достаточно воды, чтоб сполоснуться и Эдик начал день с гигиенических процедур. Закончил, встряхнулся и в бодром настроении вышел на улицу, готовый преодолевать новые трудности и невзгоды.
А преодолевать было что. Дороги в горах отсутствовали, как класс, поэтому предстояло отмахать по реке приличное расстояние. Сколько они сюда плыли? Часа четыре? Не меньше. И это на моторках. А обратно придётся на вёслах. Одна радость — придётся плыть по течению.
Осталось придумать на чём.
Эдик сунул топор за пояс, проверил, чтобы легко выхватывался и вышел на пирс. В глубокой задумчивости посмотрел на воду, озадаченно почесал в затылке и уже почти созрел, чтобы построить плот, когда его взгляд упал на чёрный резиновый блин. Что за чёрт? Вчера, наверное, по темноте не заметил.
— Лодка? — удивлённо воскликнул Эдик и, не веря своему везению, поспешил к нежданной находке.
Его ждало разочарование. На прибрежной гальке действительно распласталась двухместная лодка, но она была безнадёжно испорчена — в камерах зияли рваные дыры. Не то камнями пробило, не то мыши прогрызли, в любом случае теперь её только выкидывать.
Эдик сокрушённо вздохнул, на всякий случай обшарил глазами ближайшие кусты…
— Ну-ка, ну-ка. А там у нас что?
Удача вновь повернулась лицом к Альдеррийскому лорду — из зарослей торчали два стремительно-остроносых корпуса. Байдарки. Тоже двухместные. Одна, зелёная, правда, с пропоротым днищем, но зато вторая — ярко-красная — целая совершенно. Даже краска не выгорела.