Наставник вновь заговорил:
— Сейчас по одной паре я буду приглашать вас на проверку крепости вашего союза. Отдыхайте, наслаждайтесь друг другом, вином и фруктами.
Стекло из прозрачного стало туманным. Пелена будто втянулась из воздуха, плотная и живая. Я коснулась пальцем, и кончик онемел от легкого холодка, словно я сунула руку в облако.
Мимо нашей кабинки прошли первые две тени.
— Что за тест? — встревожилась я не на шутку.
Вдруг не пройду! Или что не то ляпну… Кто его знает?!
— Я не знаю. Но точно уверен в одном: все будет хорошо, — заверил мой теперь уже муж.
Внутри заплясали игривые искорки. Муж! Мой первый и единственный! Я длительно выдохнула и плюхнулась на диван.
— Еще винца? — предложил Рамир.
— Давай. — Махнула я рукой.
Он налил полный бокал. Вино обожгло язык непривычной пряностью, и на секунду я забыла обо всем: только вкус, жар и тихий шепот сердца «я люблю этого мужчину, люблю, люблю…»
Я смаковала напиток маленькими глотками, когда издали послышался приглушенный истошный женский вопль. Звук впился в меня ледяной иглой: в горле мгновенно пересохло, пальцы онемели, а сердце сделало резкий, болезненный удар.
— Нет!
Кровь в моих жилах застыла. Внутри что-то сорвалось вниз, больно ударив о дно. Это был не актерский крик, там звучала настоящая паника, животный ужас.
Я вскочила, бокал дрогнул в руке. Вино чуть не пролилось на мой свадебный наряд.
— Кто кричит?
Сердце билось так сильно, что больно отдавалось в ребра. Я вслушивалась в наступившую тишину за стеклом, чувствуя, как по плечам бежит холод.
Рамир тяжко вздохнул и недовольно произнес:
— Плохая тут звукоизоляция.
Чего?! Я уставилась на него в упор.
— Я вообще-то о криках говорила.
— У людей разные фантазии и игры. Не бери в голову. Наша главная задача сейчас наслаждаться друг другом. — Он состроил милые глазки.
До чего же красивый, подлец! Я раньше лишь на картинке таких видных мужчин лицезрела… Но меня так легко рожицами не возьмешь. Я продолжала хмуриться. Не верю я в такие игры. А если действительно что-то происходит.
Но Рамир оставался спокойным, словно заранее знал, что ничего сверхестественного не происходит. Он нежно обнял меня за талию и поцеловал. Не вскользь, как обычно, а с чувством, жаром и сладким обаянием. Нега поселилась в моем теле и я растаяла. Никогда раньше он так долго не целовал меня. Все говорил: я строгих нравов, мне только после свадьбы разрешено касаться женщины.
Словно через туман я слышала чьи-то крики, вопли,и каждый звук врезался в виски ледяным страхом, а я старалась изо всех сил наслаждаться нежностью мужа, предвкушая нашу первую ночь вдвоем. Каждый новый крик за стеной ломал ритм поцелуев, превращая нежность в тревожное притворство.