Он говорил слишком бойко для мальчишки, который ни разу не видел осады. Хороший знак, что он верит в победу. Мне бы его уверенность.
— А нас тут оставят? — уточнила я.
— Не знаю. Отдан приказ всем собираться. Вас, видимо, не предупредили. Я обязательно уточню, когда король Визар вернется с островов.
Я поблагодарила словоохотливого паренька, и мы с девушками вернулись в шатер.
В ожидании новостей время тянулось вязко. Девушки собирали и скудные пожитки. Мне собирать было нечего..
Лерин пришел лишь поздним вечером. Он откинул полог и заговорил с порога:
— Завтра на рассвете двигаемся всем лагерем. Переход займет один‑два дня, — сообщил он всем и обратился ко мне: — Помочь вам собрать ваши вещи?
Я рассмеялась и пояснила.
— Все мои вещи на мне одеты.
Он ошарашенно оглядел меня, снова засмущался и промолвил:
— Аэсса Даша, можно поговорить с вами наедине?
Под заинтересованными взглядами девушек мы отошли в сторонку. Лерин вынул из кармана записку и протянул мне.
— Король Визар передал, — прошептал он.
Я размотала маленький свиток. Бумага хрустнула в пальцах.
«Пришли новости о Декрике. Все еще не женат. Оля не с ним. Ищем».
Из меня вырвался громкий выдох облегчения. Хорошо, что она не рядом с тем уродом. Я сжала свиток сильнее. Но куда же пропала девчушка? В безопасности ли она?
Лерин полез в сумку и достал письменные принадлежности.
— Будете отвечать? — спросим он.
Я кивнула и на обороте записки старательно вывела: «Спасибо». Этого достаточно. Я не милостыню прошу. Я требую ответных услуг за свои вклад в его победу.
Следующие два дня мы, девушки, провели в пути, следуя за гружеными телегами и армией. Я сильно устала от бесконечного хаоса: ели урывками, спали где попало, на сырой земле, под телегами, иногда просто прислонясь спиной к чьему‑нибудь плечу. Тело жило отдельно от меня, ноги шли сами, руки выполняли приказы, а я будто наблюдала со стороны, считая шаги и вдохи, чтобы не развалиться.
Лерин следовал рядом на скакуне. Иногда подсаживал туда одну из нас, бывших пленниц Домов, и вел спокойно коня. Я держалась лишь на одной силе воли. Сейчас нельзя падать духом.
По мере нашего продвижения вглубь страны девушек из шатров досуга становилось все меньше. Когда мы подходили к очередной деревне или ферме, они просто расходились по домам без слов и прощаний. Шатры пустели, костры гасли, привычный шум обрывался, будто этих женщин здесь никогда и не было.
Наконец мы добрались до окрестностей королевского замка. На утро намечалась большая атака, чтобы свергнуть Гезера. Это ощущалось во всем: в резких командах, в том, как люди проверяли оружие по нескольку раз, в напряженной тишине перед кострами. Даже воздух казался гуще и тяжелее, будто он знал, что завтра здесь прольется кровь.