А я?! Как же я такое допустила? Сначала позволила Рамиру запудрить мне мозги, потом повелась на якобы доброту Ивира. Почему же я так ошибаюсь в людях? Почему доверяю моральным уродам?
Кухонные дела шли заведенным порядком. После крупы я переключилась на кирши, а когда каша хозяйки Мирры дошла до нужной густоты, я встала на раздачу еды.
Солдаты выстроились в длинную, терпеливую линию. Не толпились, не шумели, как раньше.
Кто‑то переминался с ноги на ногу, кто‑то смотрел в землю, кто‑то украдкой поглядывал на меня. И снова вокруг меня шепотки. На этот раз мужские.
— А король‑то не дурак… вон какую себе ухватил.
— Они уже развевись…
— Нет, они и не вступали в союз. Игрались!
— Я б тоже с ней поигрался.
— Эх, жаль, я не король.
— Фигуристая, однако.
Я не реагировала. Брала тарелку и опускала в нее полную поварешку каши и отдавала очередному солдату. Размеренно, точно, без суеты.
А навязчивые мысли кружили в голове и жалили, словно взбешенные осы снова и снова.
Да что же это такое?! Все меня бесконечно обманывают. Я научилась молчать, терпеть, делать вид, что все понимаю… И что? Результат тот же.
Первый муж врал ради собственной выгоды. Второй, чтобы получить власть. Я словно кукла, за которую все решают. Где ей быть. С кем жить. Чего хотеть. Когда молчать.
Хватит! Я больше не чья‑то удобная тайна и не приложение к чужим планам. Отныне я буду решать сама. Что мне нужно. Куда идти. И ради чего рисковать.
Вернуться домой! Вот моя цель! А остальное меня не касается.
Может, и с возвращением домой Ивир меня надул? Пообещал, просто чтоб отвязаться.
Где этот обманщик? Я вытребую с него все, что мне положено за мои страдания: правду и путь домой.
Внутри собралась жесткая, сухая решимость. Я бросила поварешку и направилась к синему шатру, где обосновался Ивир.
У шатра на всех углах стояло по охраннику, еще два находилось перед входом. Ого, как Ивирчика нынче охраняют! Берегут своего ненаглядного короля. Чтоб ему плохо сиделось на троне!
Сердце неприятно кольнуло: теперь к нему так просто не подойти. Между нами уже выросла стена из стали и приказов.
Увидев меня, стражники резкими, отточенными движениями перекрыли вход. Они не сомневались ни секунды.
— Главнокомандующий Никамис Демирон велел не пускать никого, — отчитался один из них. — Король занят важными делами.
«Король». Слово резануло слух. Еще вчера он был моим союзником и мужем. Сегодня стал недосягаемой фигурой.
— Даже жену? — уточнила я.
Голос прозвучал ровнее, чем я себя чувствовала. Внутри бурлил котел злости, и крышка уже готовилась взлететь.