Пока я лихорадочно искала выход, как выкрутиться из очередной пакости, одаренный Тахир приступил к поискам. Первым делом он сменил ипостась.
Я с интересом наблюдала за преображениями одаренного. У Тахира удлинился нос и стал похож на короткий слоновий хобот. Где-то я читала, что именно у слонов суперобоняние.
При виде этого носа я обалдело крякнула. А я-то думала, что слова Карла о том, что во второй ипостаси у меня будет рог, шутка. А вон оказывается как, вторая ипостась людей меняет. Откровенно говоря, не в лучшую сторону.
Еще у Тахира глаза расширились и заняли пол-лица. Вспомнились строки из мультика: «А нюх как у собаки, а глаз как у орла» — это про Тахира.
Он приподнял хобот и с шумом втянул воздух, а потом принялся сканировать взглядом комнату.
— Не нравится мне это, — прошептал вернувшийся ко мне на плечо Карл.
Я ничего не ответила, чтобы не выдать единорога, но мне это тоже не нравилось. Очень.
Этот носатый нюхал и нюхал. Вдруг резко повернулся на пятках ко мне и уставился своими глазами-блюдцами.
Я шумно сглотнула вязкую слюну. Вот и все, Карлу конец. Одаренный его учуял. Надо срочно исправить положение. Хотя бы дать единорогу время уйти. Неважно, что он — магическое существо. Кир приревнует даже к нему. Он и меня недавно считал одной из них, что не помешало ему ко мне приставать. Значит, контакты людей и магических существ бывают весьма тесными.
Кир напряженно следил за действиями Тахира. Он верил в одаренного. Если хочу выкрутиться, первое, что надо сделать — заставить Кира усомниться в своем человеке.
У женщины всего одно оружие — она сама. Плюс на моей стороне ревность Кира. Эти два фактора я и буду использовать.
Муж у меня, конечно, Отелло, вот только я не Дездемона, чтобы в одиночку страдать. Если Кир будет душить, то не меня одну.
Медленным, томным жестом я убрала волосы за спину и повела оголенными после потери рукавов плечами. Затем облизнув губы, спросила у Тахира, не сводящего с меня глаз:
— Что смотришь? Нравлюсь?
Немного жаль, что на шикарную соблазнительницу я сейчас не тяну. На мне все еще изодранное платье, волосы после встречи со столом запутались в колтуны, а довершало картину расцарапанное лицо. Я видела себя мельком в зеркале — словно подралась со стаей диких кошек.
Тахир удивленно моргнул. Такого поворота он не ожидал. Зато Кир отреагировал, как надо.
— Не смей смотреть на мою жену! — Гаркнул он. — Никто не смейте!
От меня мигом отвернулись стражи, сам Тахир и даже Аббас, а жрец вовсе зажмурился и еще глаза прикрыл ладонями. Теперь все смотрели, куда угодно, только не в мою сторону.