Харальд смотрел на меня неотрывно, и лицо его оставалось непроницаемым. Я не могла прочитать его мысли, и это пугало сильнее, чем если бы он рассердился.
— Я не из этого мира, — сказала я, и голос мой дрогнул. — Я попала сюда неизвестно как, неизвестно зачем. Я не знаю, как вернуться. И я не знаю, останусь ли я здесь навсегда или однажды исчезну так же внезапно, как появилась.
Слёзы обожгли глаза, но я сдержала их, заставляя себя говорить дальше.
— Я боялась сказать тебе, — выдохнула я. — Каждый день, каждую ночь, каждую минуту я боялась, что если ты узнаешь, то переменишь свое отношение ко мне. Я боялась, что ты полюбил ту, кого вытащил из воды, а та девушка умерла. И той, кем я стала здесь, с тобой, — её больше не существует. Я самозванка в чужом теле.
Тишина повисла в покоях. Я слышала, как потрескивает догорающий очаг, как за окном капает вода с сосулек и как бешено колотится моё сердце, готовое разорваться от напряжения.
Харальд молчал. Его пальцы замерли не двигаясь, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Вот, — сказала я почти шёпотом, опуская голову, чтобы не видеть его лица. — Теперь ты знаешь. Ты можешь отпустить меня. Я пойму. Я не буду…
Он не дал мне договорить.
Его руки крепко, почти до боли сжали мои ладони, и он рванул меня к себе, прижимая так сильно, что я ударилась о его грудь. Я подняла голову, собираясь сказать что-то ещё, но его губы нашли мои — жёстко, властно, не давая мне говорить, не давая сомневаться.
Он целовал меня так, будто хотел стереть все мои страхи, вдавить их в мои губы и заставить замолчать навсегда.
Когда он резко, тяжело дыша, отстранился, его лицо было в миллиметре от моего, и я видела в его глазах не гнев, не отвращение, а что-то совершенно иное. Смесь ярости и нежности.
— Послушай меня, — сказал он, и голос его был низким, хриплым, с рычащими нотами. — Я не знаю, откуда ты пришла. Я не знаю, чьё тело ты занимаешь. Но я знаю одно: ту девушку, которую я вытащил из ледяной воды, я вытащил для себя. И не важно, какой мир был у неё до этого. Ты та, кого я люблю. Ты та, кто смеётся над моими шутками. Ты та, кто заставляет меня дышать каждую ночь, когда спит рядом со мной.
Он прижался лбом к моему лбу, и я почувствовала, как дрожит его голос. Первый раз с того самого утра.
— Если ты была послана мне богами или пришла из самого Хельхейма, мне всё равно. Ты здесь. Ты со мной. И я никому тебя не отдам. Ни твоему миру, ни этому, ни богам, ни демонам. Ты поняла меня?
Я всхлипнула, не в силах сдержать слёзы, и они потекли по щекам, горячие и солёные.