Я позволила себе роскошь. Солнце. Океан. Бали.
На Бали я ехала ради себя. Потому что заслужила. Хотела просто попробовать жизнь как на красивой открытке. Погулять по рисовым террасам, сфоткаться с мартышкой в Лесу Обезьян, забраться на вулкан, искупаться в водопадах и — да, была такая мечта — провести ночь на обзорной экскурсии, где показывают светящиеся пляжи. Фосфоресценция планктона. Волны, как будто с волшебной пылью…
Что-то во всём этом для меня было сказочным, сакральным — эдаким воплощением детской мечты.
Этот отпуск мы придумали в честь круглой даты — десятилетия нашего брака. Хотя, если быть точной, придумала его я. Коля просто великодушно согласился лететь.
Я оплатила всё сама. Подобрала тур. Купила страховки. Даже заказала Коленьке новую доску. Он сиял, когда мы садились в самолёт. А я… я надеялась… Как последняя дура надеялась, что, может быть, мы и правда перезапустимся. Что смена картинки, океан и тропическое тепло отогреют не только тело, но и отношения.
Мы прилетели в понедельник. Влажный воздух обволакивал, пахло морем и манго. В первый день я просто смотрела. На пальмы, на рыб в фонтане у отеля, на улыбки местных жителей.
Коля — на девушек в купальниках.
В первый же вечер он ушёл в бар. «Познакомиться с серферами». Вернулся ближе к двум — пьяный, довольный, с коктейлем в пластиковом стакане. Я промолчала.
На второй день Коленька записался в серф-школу.
— Это будет круто, — сиял он. — Я всю жизнь мечтал. У них такой инструктор — Рахул. Или Раджул. Он как Будда, только с прессом!
Не удосужившись поинтересоваться моими планами, муженёк прихватил свой новый сёрф и ушёл кататься.
А я в гордом одиночестве поплелась на завтрак. Потом бродила по пляжу, пока он носился по волнам. И знаете, это было… не так уж и плохо. Мне не нужно было никуда бежать. Не нужно было всё успевать и кому-то угождать.
Я просто… жила.
На третий день я купила билет на ночную экскурсию: на пляж Джимбаран, где вода светится в темноте, если её потревожить. Пляж с фосфоресцирующим планктоном. Мечта.
Коля ухмыльнулся:
— В шесть вечера выезд? Я, может, не поеду. Хочется просто отдохнуть.
— Я купила два билета.
— Ну… посмотрим.
Он вернулся в номер в четыре часа дня, уставший, в соляных разводах на коже.
— Плохо мне… — застонал, падая на диван. — Кажется, отравился.
Я нахмурилась.
— Серьёзно?
— Ага. Я не поеду, — заявил Коля, драматично прижав ладонь ко лбу. — Меня тошнит, голова болит, живот крутит. Я, видимо, не то съел. В туалет бегаю… ужас. Эта лапша… она была подозрительной. Или арбуз? Да! Точно! Арбуз! А может и то и другое…