Из-за подобной небрежности, вид черной фигуры в серой безликой маске сильно пугал работающий персонал нынешнего конструкторско-исследовательского центра. Как-то давящий ухмылку Мориц рассказал, что служанки несколько раз ловили момент, когда Аларик пытался пить пиво прямо сквозь маску, отчего то и дело обливался.
А Мориц часто навещал гениального изобретателя с инспекцией, ведь он был кровно заинтересован в успехе его предприятия.
— Что? — проворчал сквозь клыки Аргалор, оглядывая взглядом крепкие строения и выглядывающих сквозь окна любопытных работников. — Опять будешь требовать золото⁈
— Так не для себя же, повелитель! — чуть не подпрыгивал от нетерпения Аларик. — Как вы знаете, для того, чтобы двигаться магическую науку вперёд нужны деньги…
— Пока не добьешься серьёзных результатов, ещё золота не увидишь! И тебе же лучше, если ты меня позвал по серьёзному поводу! — отрезал Аргалор, пылающим взглядом оглядывая окружающие его строения.
— Вы будете впечатлены! — заверил чародей.
Местом для лаборатории Аларика была выбрана небольшая, уютная долинка глубоко в лесу, но всё же возле Нердлина. По задумке, на это место никто не должен был случайно наткнуться, но он должно было находиться достаточно близко для возможности снабжения.
Изначально было построено всего несколько зданий, вроде склада, туалета и дома для проживания, но очень скоро стало ясно, что для полноценных исследований требуется больше, чем один чародей.
Ударившись в исследование вопроса по созданию протезов, Аларик быстро понял, что если он не хочет тратить львиную часть своего времени на примитивную работу вроде рубки деревьев и вырезанию из них требуемых деталей, то ему требуется помощь настоящих профессионалов. Сложность была в том, что требовались такие люди, что не особо бы торопились назад в свои дома и были бы готовы работать, считай, в глухом лесу годами.
С этой проблемой он пришел к Аргалору, который лениво отправил чародея к Асириусу. Кобольду пришлось немного пораскинуть мозгами, но выход нашелся очень быстро.
Хоть в Священной империи официально и не существовало рабства, но практика долговой ямы неплохо закрывала этот вопрос. Если человек оказывался кому-то должен большую сумму денег и не мог её вернуть, то этот кто-то мог продать долг городу, после чего уже город занимался продажей всего имущества человека, а затем и продажей его самого на различные работы, пока тот не сможет погасит сумму долга.
Учитывая цветущую коррупцию, то многие люди, попав в долговое рабство, уже никогда из него не выбирались.