— Да, благодарю вас, Сергей Васильевич. Мне было очень приятно провести это время с Анастасией Сергеевной. — Как-то вдруг я понял, что больше не смущаюсь.
— Вот и прекрасно. О чем беседовали?
— О разном. Немного о звездах, немного о поэзии…
— Хорошо. Но я к вам по другому поводу, — Соков протянул мне раскрытую ладонь, — вы это имели в виду?
На ладони лежали четыре свинцовые пули.
— Разрешите? — Я взял одну из них и рассмотрел поближе.
Оно самое: пуля с углублением, в которое уже вставили подходящий кусочек железа. Его сечение, разумеется, рассмотреть не представлялось возможным, но я был уверен, что все сделано как надо.
— Очень похоже. Когда же ваши левши это сделать успели.
— Кто, простите?
Н-да. Очередное палево.
— Прошу прощения, Сергей Васильевич — сорвалось с языка. Просто читал как-то книгу про уникального мастера. Его звали Левша. Действительно удивили: так быстро и так точно изготовить по наброску на бумаге…
— Ну, это дело нехитрое. Думаю, завтра с утра и проверим, насколько полезно ваше предложение. Спокойной ночи!
— Благодарю вас. Желаю того же.
Спокойной мою ночь назвать было бы никак нельзя. Не из-за пуль, конечно. Из-за мыслей о Насте. Как я их от себя ни гнал, как старательно ни обещал себе разобраться с этим попозже — фигушки. Ворочался полночи, как та самая Маша из мультика: «Кровать у меня неудобная, подушка душная, одеяло кусачее…»
А подушка действительно грелась постоянно и обжигала уши — только успевай переворачивать.
И чертовски хотелось курить. Вроде бы уже думал, что спрыгнул. Сигареты кончились с месяц назад, раз уж такая оказия, то решил бросить — не привыкать же к трубке. И главное, получилось на удивление легко. Помучился пару дней, а потом отпустило.
Так нет же — опять захотелось. По-сумасшедшему. Вот хоть спитой чайной заварки.
Еще до кучи эта парочка, с левого и с правого плеча, устроила разборки в моем черепе. То есть, конечно, не буквально ангел-хранитель и бес-искуситель — чувства против здравого смысла:
— То, что влюбился он, и девчонка явно тоже, невооруженным глазом видно.
— Ничего не видно. Это только твои домыслы. Два хороших человека неплохо относятся друг к другу. Чего же ты сразу со своими гнусностями?
— Какие гнусности? Да перекрестись лишний раз! Я же про любовь!
— Знаю я твои приемчики: «Про любовь!» Здешний хозяин нашего хозяина в болоте утопит. В ближайшем. Наш здесь пока никто. Не отдаст подполковник дочку за непонятно кого. Так что заткнись и терпи.
— Уже давно не за «непонятно кого». За вполне состоявшегося мужчину. Дворянина. В чем проблемы?