Если бы не азарт Тани к пополнению её войска он бы не погнался за бегущими. А так достал ещё четверых, забрав их тени.
Каторжане кромсали тела уже убитых врагов, впав в какое-то безумие. Самые ушлые кинулись осматривать сумки стражников, находя там вино и припасы.
— Эй, наёмник! — крикнул присевшему на ствол дерева благородному Анду тот самый силач, широкоплечий громила под два метра ростом. — Ты сомневался, что я найду вино? — потряс он снятым с пегого коня бурдюком. — Видишь? Иди сюда! Чего там расселся?
Он ещё раз припал к сосуду. Тут сзади к нему подошёл Ольпий и похлопал по плечу.
— Вином не отделаемся, Лерм. — у командира мятежников было два меча, один в ножнах, а другой, который совсем недавно принадлежал капитану стражи, в руке. — Парень нас спас. Без него бы мы не сдюжили. Анд, ты долго там сидеть собрался?
Не страдая излишней доверчивостью, Немченко ждал подвоха, однако его не последовало. Главарь мятежников рассчитался с ним полностью, без обмана. Ольпий действительно оказался бывшим десятником пехотного полка Улемского княжества, а полтора десятка из толпы каторжан его сослуживцами.
В захваченном улемцами на руднике сундуке находилось свыше сотни аметистов, Андрей отобрал самые крупные из них, без трещин и сколов, значительно снижающих ресурс использования сделанных на их основе амулетов.
— Надо было мне двадцать один себе обговаривать. — вздохнул Анд, убирая завёрнутую добычу в карман куртки.
Победивших бунтовщиков выжило менее семи десятков, и они собирались отправиться в разные стороны — бывшие солдаты к себе на родину, а остальные в Ренорские дебри разбойничать, и сейчас на поляне делили добычу на две части, в основном оружие, провиант и коней.
Спорили не так часто, но яростно. У местных каторжан нашёлся свой вожак, весьма разумный пожилой мужик, часто кашлявший будто туберкулёзник, он и успокаивал ситуацию.
— Почему двадцать один? — хохотнул силач.
— Тебе хватит пить, Лерм. — с досадой посмотрел бывший десятник на подручного. — Нам сегодня ещё долгий марш предстоит.
— Ерунда. — отмахнулся здоровяк. — Впервой что ли? К тому же, поклажу на лошадок навьючим. Анд?
— Двадцать один — потому что один камушек придётся отдать какому-нибудь городскому олу, чтобы по новой зарядил мне амулеты. Они ведь мне ещё не раз пригодятся.
— Пошли с нами. — предложил Ольпий, неожиданно протягивая крупный фиолетовый аметист. — Возьми. Если бы не ты, мы бы сейчас свои планы не строили.
— За подарок спасибо. — не стал отказываться Немченко. — Но я дальше как-нибудь сам. Не хочу с вами дебрями пробираться. Люблю путешествовать нормальными дорогами.