Валявшаяся на досках трибуны отрубленная головы узурпатора, и такая же одновременно появившаяся на плечах миг назад мёртвого тела выглядели весьма сюрреалистично, но попаданец видел в новом мире и более необычные явления, так что, такой картинкой его давно не смутить.
Алек не растерялся и отсёк узурпатору голову по новой. Жермин и ол Рей тоже не бездействовали, они накинулись на оставшихся гвардейцев и расправились с ними в два счёта, всё же, когда мастера мечей работают в паре, эффективность просто потрясающая. Правда, к досаде Андрея он смог забрать лишь одну тень из трёх возможных, капитан оказался быстрее.
— Немедленно остановите казнь! — во весь голос потребовал княжич, поднимая над собой взятые за волосы левой рукой обе головы узурпатора. — Я ол Алек по древним законам и обычаям являюсь князем Обринским. И велю освободить моего казначея.
Вообще-то держать Дравина и дальше на денежных потоках Алек не собирался, но сейчас это было совсем не важно.
Площадь замерла будто на стоп-кадре. Длилось это недолго, тут же покатились шепотки постепенно перераставшие в громкие голоса. «Ол Алек! — слышалось. — Сын Аримии! Княжич! Князь Рошер убит!».
Стоявшие вокруг помоста и в оцеплении площади стражники, гарцевавшие на улице, ведущей к замку, два десятка верховых гвардейцев, расположившиеся у помоста десяток олов разного пола и возраста, все рефлекторно сделали движение к трибуне.
На их лицах царила растерянность, и Немченко хорошо понимал почему — король умер, да здравствует король, в смысле князь.
Вступать в бой за уже убитого правителя? Наверное, они бы так и сделали, вот только убийцей оказался никто иной, а законный наследник. Так что, нападать на него? При том, в толпе уже раздались и нарастали приветственные крики. Народу по большому счёту было без разницы, кто восседает на троне из рода Обринских, зато они все стали свидетелями события, о котором можно потом рассказывать детям и внукам.
Тем не менее, поскольку на площади находилось немало магов, чьи намерения пока оставались не ясными, ол Рей активировал сразу два самых мощных из имевшихся при нём артефакта защиты десятого уровня.
— Разве я должен повторять⁈ — княжич протянул руку в сторону помоста, где палач и его помощники прекратили крепление Дравина к дыбе, но и не поспешили свою жертву отпускать. — Немедленно! Отпустить! Казначея! — на последнем слове от волнения у Алека несолидно прорезался визг.
Палач отмер и что-то сказал помощникам, те шустро принялись отвязывать Дравина. Так и получилось, что первым признавшим власть князя Алека оказался заплечных дел мастер.