— Я тоже догадываюсь. — не сумел скрыть досаду Немченко, чем вновь вызвал улыбку на строгом лице стихии Жизни. — Спрашивать же её, тоже самое, что и тебя. То есть, бесполезно.
— Понятно. — покивала Полина Георгиевна. — А как тебе здесь? — махнула она неопределённо рукой.
— В Кабинете-то? Честно? Бутафория. В холмах всё словно живое, а тут…
— Так лучше? — спросила подруга.
Здание тут же наполнилось гулом голосов и шагов. Даже с улицы стали доноситься крики, а спустя пару секунд в дверь, постучав, заглянула дородная пожилая женщина с крупным мясистым лицом.
— Полина Георгиевна, там комиссия из миздрава приехала. По поводу препаратов строгой отчётности. Их трое, они сейчас в бухгалтерии. Проводить потом к вам?
— Не нужно. Я сама сейчас к ним спущусь. — посмотрела, как секретарша выйдет за порог, и перевела взгляд на своего адепта. — А теперь тоже явная бутафория?
— Теперь нет. — поднялся Андрей. — Даже в сердце кольнуло, будто я и в самом деле вернулся на родину. Не делай так больше. Пожалуйста. Ты же не хочешь, чтобы я вслед за Аркадием принялся искать способ вернуться в свой мир? — он не станет возвращаться. Джиса, их ребёнок, всё это крепко приковало его к Гертале. Но зачем-то захотелось немного уколоть Жизнь, слишком уж та строга. Задаётся чересчур, хотя ни на ступени развития для адепта Анда, ни на заклинания для него не жадничает. — Извини. Шутка не очень удачная. Если позволишь, я пойду в реальность. Там ещё дел много.
— Не буду тебя задерживать. — поднялась подруга следом. Тут-то он и смог перед уходом ещё раз с удовольствием оценить фигуристые прелести Полины Георгиевны. — Не забывай, главное. За подарки спасибо. Прими и ты от меня. — наградила заклинанием Озеленения, теперь её адепт мог хоть в биологи подаваться, исцеляя не только людей или животных, но и растения.
В дверь опять постучали, Жизнь создала даже не иллюзию, а параллельную реальность. Ждать, кого там принесло на этот раз, Немченко не стал, шагнул и моментально оказался в выделенной ему спальной комнате дома-лавки почтенной Парк. Бросил взгляды по сторонам — вроде, никто сюда не входил — и сел на кровать. Опёрся спиной о стену, и мотнул головой. Сам от себя не ожидал, что соприкосновение с родным миром, пусть и искусственным, так его зацепит. Неужели всё ещё жива ностальгия? Наверное. Но его шуточная угроза насчёт поступка, аналогичного тому, что сделал предшественник, покинувший Герталу, пустое.
И всё-таки, что этим могущественным сущностям от него нужно? Неужели их не устраивает существование их мира, который как-будто бы пребывает в постоянном «дне сурка», не меняясь, не развиваясь, и стихии хотят его развития по пути общественного и технического прогрессов? Если так, то сказали бы об этом напрямую. И понятно, зачем развитие нужно людям, а стихиям-то не всё ли равно, что и как происходит в реальности? Может, действительно не безразлично?