На заднем дворе лавке — увидел через распахнутые настежь оба окна — глухонемой раб колол дрова, а рядом крутился мелкий пёс. Немченко вспомнились тургеневские Герасим и Муму. Понадеялся, что почтенная Горция Парк не как та барыня, и собаке не придётся тонуть.
Грустно усмехнулся, отходя от окна, оставил многоразмерную сумку на сундуке возле кровати, достав перед этим иллюзионы, и потянулся сознанием к восьмой стихии своего источника.
Переходы в магические слои у него и раньше много времени не занимали, а теперь и вовсе стали происходить мгновенно.
В прошлые разы Жизнь встречала его среди живописных небольших холмов, покрытых цветочными полянами, между которыми шла тропинка, где она со своим адептом и прогуливалась. Ни сесть никогда не предлагала, ни постоять на вершине какой-нибудь из горок, ни угощения.
А сегодня, шагнув в слой стихии, оказался вдруг в кабинете главврача, точь-в-точь таком, как в первой серии интернов. Полина Георгиевна — белый верх, чёрный низ, очки в роговой оправе — сидела, откинувшись в кресле хозяйки кабинета за длинным столом, и смотрела на своего адепта взглядом директора школы на доставленного к ней нарушителя дисциплины.
У стихии в выбранном ею образе была восхитительная фигура зрелой женщины, и Немченко поймал себя на мысли, что жалеет о невозможности в данной ситуации полюбоваться её ногами.
Тряхнул головой, прогоняя фривольные мысли, и поприветствовал подругу улыбкой.
— Я в чём-то провинился? — уточнил. — Строго смотришь.
— А как я ещё на тебя должна смотреть, если ты должен был вчера явиться, а зашёл только сейчас? — подняла брови Жизнь. — Надеюсь, хоть не забыл обещанное?
— Как можно! — изобразил обиду благородный Анд. Он передумал садиться на противоположном от хозяйки кабинета конце стола, прошёл и сел на ближайший к ней боковой стул. — Вот, принёс. — он положил перед стихией кристаллы. — Две следующие серии и боевик, чуть ироничный, «Бэтмен и Робин». И готов продолжить наш прошлый разговор, только я ведь уже говорил…
— Да, я помню, Андрей. — слегка взмахнула рукой стихия. — Ты не врач по образованию, ты ростовщик.
— Не совсем ростовщик, — поморщился Немченко. — но спорить не буду. А так-то да, бесплатного ничего не бывает, ну, кроме сыра в мышеловке. Так у нас говорили. Надеюсь, и говорят. Поэтому, многие операции большинству просто недоступны.
— И при этом ваши врачи обязаны всем помогать? Почему же нп помогают?
— Можно подумать, в Гертале по другому. — хмыкнул землянин.
— Не по другому. — согласилась Полина Георгиевна. — Только ведь наши лекари и целители на дают клятву Гиппократа, как ты её называл. Нарушение клятв, причём, разрешённое, разве может быть нормальным?