— Так мы пойдём, — нелепо улыбнулся Тима. — Толик не из-за нас представился. У него сердечная пездеятельность. Видно же.
Мой компаньон начал разворачиваться, но мужчина с безупречной выправкой поднял полу своего костюма, похожего на комбинезон химзащиты. И мы оба увидели пистолет. Огромный пистолет, невероятных размеров! Таких просто не бывает. Не существует. У меня почему-то всё похолодело внутри.
— Не заставляйте меня использовать оружие, — процедил он. — Я уже пять лет не стрелял в людей. Только в крыс, ненавижу этих мелких тварей. Всё должно быть по правилам, судари.
— Как вас зовут? — почему-то спросил я.
Собеседник ухмыльнулся. В его глазах я увидел смешанное чувство: злость, обиду, разочарование.
— Я — Аристарх, — ответил он. — Меня тут знает каждая крыса. Присядьте вон туда, судари, как я приказал две минуты назад. Чтобы быть у меня на виду. Одно неловкое движение, и громобой сделает своё дело. Потребуется всего один заряд, чтобы ваши грязные тела превратились в решето.
Нам пришлось подчиниться. Мы с Тимофеем сели на ужасную самодельную лавку. Напарник достал бутылочку, что выдали по окончанию рабочего дня. Снял шапку.
— Ну, за Толика, — сказал он. — Хреновый был мужик, а один хрен — жалко.
Он отпил несколько глотков. Я тоже взял свою бутылочку, понюхал. Запах отвратительный, похоже на нашатырь. Даже уставшие за день рецепторы отреагировали бурно. К тому же, я вспомнил, что алкогольное опьянения — это отягчающее обстоятельство. Протянул свою бутылочку Тиме.
— Ты что, не будешь? — воскликнул он с таким удивлением, будто я предлагал отказаться от ребёнка.
— Нет, — ответил я. — Ни курить, ни пить больше не буду.
— Святой ты человек! — сказал Тима и залпом допил первую бутылочку. Крякнул. — Зря ты, конечно, Толю забил. Он был человек плохой, но грех на душу зачем брать?
— Говорю тебе, у него сердце остановилось, — я начал спорить. — Ты же видел, глаза закатились, пена пошла. Совпадение!
— И что, нельзя было спасти? Ты же теперь вона какой умный. Но странный.
Я промолчал. Тимофей крякнул и осушил вторую бутылочку. Улыбнулся, просиял. Даже сидя он шатался. Как мало алкашу нужно для счастья! Тот самый мужик в маске так и продолжал на нас смотреть сбоку. Он нервно ходил по грунту, посматривая то на часы, то на мусорную панораму.
— А это кто? — спросил я. — Ты так и не ответил.
— Ну ты ударился! — плюнул Тима. — Это же Аристарх, директор. Говорят, его сюда сама Императорша сослала.
— Императорша?
Казалось, лимит моего удивления давно должен был исчерпаться. Откуда в 1989-м году взяться императрице? Вроде же были коммунисты, Горбачёв. Увы, история — не самая сильная моя сторона.