— Поверьте, не проще, — аж поёжился я, не став объяснять, что Мэри я в своём сне вовсе не жажду, мягко говоря, видеть, — Нет уж. Предпочту действовать через Лизу. И к тому же, Мэри же не знает, что я ищу её с вами, так что вряд ли она будет со мной пытаться связаться. Ей логичнее тогда уж на вас выйти.
— Логичнее, — кивнул Воронцов, — Вот только она явно не хочет, чтобы я узнал об этой её способности. Ладно. Будет день — будет пища. Сейчас главное выяснить, где девушки, а всё остальное — потом.
После этого мы ещё немного посидели, и разошлись по своим комнатам, так как уже наступил вечер. Я, не откладывая дело в долгий ящик, тут же попытался уснуть, но, как назло, сон долго не шёл ко мне. Я часа три проворочался на жёсткой, неудобной кровати, пока всё же не начал проваливаться в сон, и вот тогда стоило мне только подумать о девушке, как меня затянуло в зимней лес.
Я очутился на большой поляне, и замер на месте, не делая резких движений. Сейчас любое неосторожное движение могло выкинуть меня отсюда. Всё-таки я был ещё очень неопытным сноходцем. Только через несколько секунд я рискнул осторожно осмотреться.
Всю поляну покрывал толстый ковёр из снега, вокруг возвышались высоченные сосны и ели, и стояла полная тишина… Даже птицы никаких не было слышно. Через высокие кроны деревьев было видно огромную луну, свет которой заливал всю поляну. Вот только Элизабет нигде не было видно. Я помнил, что девушку зовут по другому, но почему-то мне было проще настраиваться на неё с помощью этого имени.
Я прождал ещё минут пять, после чего рискнул сделать маленький шаг вперёд. Я уже достаточно хорошо проникся этим сном, так что выкинуть меня из него уже не должно было.
Под ногами тихо хрустел снег. Я наклонился, и набрал полную пригоршню. Холодный. Прямо как настоящий. Я слепил снежок, и кинул его в ближайшее дерево, и вдруг из-за него выскочил огромный волк, и, оскалившись, бросился на меня. Я не стал сопротивляться, и позволил ему врезаться в меня и повалить на землю. Зубастая пасть уже почти добралась до моего горла, когда я тихо сказал, — Ну, здравствуй, Элизабет.
Волк, а точнее, волчица, замерла, уставившись на меня огромными зелёными глазами, после чего слезла с меня, и отошла на несколько шагов.
Я медленно встал, и улыбнулся ей.
— Элизабет, я знаю, что это ты. Мне надо с тобой поговорить.
— Ты — всего лишь сон, — наконец, нехотя отозвалась она, фигура волчицы подёрнулась лёгкой дымкой, а когда та рассеялась, на месте волка оказалась девушка, зябко кутавшаяся в одеяло, — Зачем мне с тобой говорить? Это не имеет никакого смысла. К тому же, я всё равно скоро умру, так что не хочу терять время на пустые беседы со своим воображением. Лучше я поведу свою стаю в последнюю охоту, пусть и только во сне.