Вот их Андрей и приказал калить.
Больше демонстративно. Потому что не был уверен, что, расширившись от нагрева, они влезут в ствол. Ведь «Львы» изготавливались по концепции Грибоваля и обладали довольно скромными зазорами за счет более точной геометрии.
Хотя, конечно, тут можно было играть, подбирая варианты. Раскаленные полностью не влезут? Так дать чуть остыть. Один черт — температура будет оставаться приличная. Достаточная для того, чтобы деревянные конструкции загорелись. Тем более что тут не корабли XIX века с их бортами в метр-полтора толщиной, где такие ядра в отсутствии воздуха могли лишь тлеть, ежели не пробили их насквозь…
Иоанн Васильевич вошел с каким-то бешеным видом к Анастасии.
— Все вон! — рявкнул он.
И девицы, что окружали Царицу, выпорхнули. Слишком уж Государь выглядел раздраженно и пугающе.
— Что случилось? — спросила Анастасия, после того как прикрыла дверь за последней выбежавшей особой.
— Голубя мне со Смоленска прислали. Оказалось, что наших голубей для связи они попридержали. Тех, что я по совету Андрея там повелел держать.
— И что голубь? Что за послание?
— Резня в городе. Андрей подошел к стенам и грозит его спалить дотла, если они всех, кто повинен в измене мне, не изведут. Всех до последнего.
— А много их?
— Да кто знает? — нервно дернув плечом, ответил Царь. — В городах всегда есть разные партии. Эти за этих, те за тех. Ежели наша сильна, то супротивная помалкивает и уступает. Ну и наоборот. А тут всех, кто против, под нож. Если перебежали под руку Жигимонта, мню, немало его сторонников там имелось. Вот их и режут. Всех.
— Может, это и правильно… — тихо произнесла Анастасия.
— Правильно⁈ — взвился Царь. — Это не по-христиански! Почто он столько крови православной льет⁈ Злодей!
— Они нарушили данную тебе клятву. И сдали город без боя.
— И что⁈ Резать за это⁈
— А кому к присяге он оставшихся подводит?
— Требует, чтобы мне присягнули. В той записке сказано, что Киев, Орша и прочие города по Днепру уже мне присягнули. И везде Андрей вырезал всех сторонников Сигизмунда.
— Оу…
— Чудовище! Кровавое чудовище! Разве ж так можно⁈
— А как можно? — холодно спросила Анастасия. — Если бы он не подоспел тогда — нас бы убили. А все из-за доброты твоей богобоязненной. Если бы он не вырезал тогда Шуйских да их сторонников — они бы, как Андрей удалился, все одно нас сгубили. Али сомневаешься? И тебя, и меня, и детей наших. Неужели ты забыл признания, какие на дыбе их подельнички давали?
— Но не резать же людей так бессердечно… и в таком множестве…