Откашлявшись, он уставился на маленькую лягушку, что сидела прямо там, куда, как ему казалось, он сплюнул в очередной раз воду. Выглядело всё так, словно это он её выплюнул. Размеры вполне позволяли.
— Тьфу ты, прости Господи! — пробурчал Андрей и перекрестился. Отчего чуть не упал, потеряв равновесие.
Наконец, собравшись с силами, он встал.
Окинул взглядом округу.
Люди его подгребали к берегу в основной массе. Кое-кого подмочили и вытаскивали их так же, как и воеводу, — на «буксире».
— Все целы? — спросил Андрей у выходящих из воды бойцов.
— Все, слава Богу! — воскликнул один всадников.
— Коней только потеряли… — грустно добавил другой и махнул рукой в сторону барахтающихся в воде животин, которых медленно сносило вниз по течению.
— Какого чёрта? Что произошло?
— Да Бог его знает…
— Вон, — махнул рукой Андрей — одного к берегу прибивает. Ходу! Ходу! Нужно осмотреть его ноги.
Подчинённые выполнили приказ и довольно скоро смогли осторожно вытащить на берег хоть и живого, но отчаянно хромающего коня, ржущего с такими нотками нескрываемой боли, что и не пересказать.
— Чеснок, — тихо констатировал Андрей, выдернув колючку из ноги коня. А потом уже громче добавил: — К бою!
Повторять приказ не требовалось.
Однако прошла минута. Прошла вторая. Третья. Но никто так и не напал.
Более того — от Каширы уже стали подтягиваться люди. Видимо, со стены заметили инцидент.
— В воду не лезьте! — крикнул им Андрей. — Чеснок!
Услышали.
Старая Кашира находилась на левом берегу Оки, в отличие от той, что вольготно раскинулась на правом берегу с 1619 года. Именно поэтому отряд тульского воеводы и город оказались по разные стороны реки. Но это не стало проблемой. Услышав про «чеснок», разбросанный на броде, каширские служилые люди очень оперативно отреагировали.
Отправили пару лодок к воеводе, дабы в случае чего эвакуировать. Они тоже подумали про вероятное нападение. Ну и по броду начали незамедлительные работы, его стали прочёсывать граблями. Так что уже к вечеру они полностью всё очистили.
Андрей до вечера так никуда и не ушёл, оставаясь на берегу. Требовалось привести отряд в порядок после потрясения и решить, как идти дальше. Да подождать, пока от Каширы переправят новых лошадей взамен утраченных. Строго говоря, раненых, причём несильно. Но ехать на них верхом в ближайшее время было нельзя…
Молодой воевода стоял на правом берегу Оки.
Смотрел на закат.
Жевал травинку, отчаянно желая «пустить дымку».
А в голове его лишь пульсировал мат от предвкушения совсем иных сражений, которые, судя по всему, будут проходить по иным правилам и далеко не в поле…