Закопали.
Поставили деревянные кресты у ног. Заложив тем самым местное кладбище, под которое выделили небольшой холм в стороне от крепости. Да, Андрей уже производил захоронения. И своих бывших крестьян, и разбойников. Но то были братские могилы в низинах и оврагах, чтобы попроще и побыстрее. Нормальное же погребение он совершал впервые…
Третьего числа дядька Кондрат с Федотом и Акимом отправились в Тулу. Своим ходом. Потому что держать трофейный табун под стенами крепости было невозможно. Их попросту не прокормить. Ведь столько «волосатых мопедов» жрали траву вполне себе бодро. И через месяц все сто четвертей Андреева поместья были бы подстрижены до состояния газона.
Кроме того, в случае подхода даже отряда разбойников лошадей бы не удалось защитить. Как есть увели бы. А это деньги. Большие деньги. И этими деньгами Андрей решился распорядиться достаточно необычно по местным меркам.
В этом табуне были только мерины. Причём типичных для региона лёгких пород, то есть массой не более четырёхсот пятидесяти килограмм. Какие-то мельче, какие-то крупнее, но в целом не больше предела ожиданий и даже не упираясь в него. Большинство этих меринов находились в диапазоне от трёхсот пятидесяти до четырёхсот кило.
Почему меринов? Почему не, допустим, коней?
Потому что мерины спокойнее и намного лучше управляются. И с ума не сходят, почуяв кобылу, из-за чего в достаточно массовых, но бедных видах конницах всех времён они имели бо́льшую популярность. Коней тоже употребляли. Но и денег они стоили заметно бо́льших из-за того, что времени и сил на дрессуру уходила масса. И их себе могли позволить очень немногие. О коне добром и тем более аргамаке, например, ахалтекинской породы большинство степных и поместных воинов могли лишь мечтать. Ведь, кроме лучшей дрессуры, настоящие боевые кони обладали правильным гормональным фоном. А потому их боевые качества были существенно выше, чем у меринов. Ведь для войны нужен тестостерон, без которого преодолевать свой страх намного сложнее. Особенно на войне эпохи холодного оружия, когда с врагом требовалось встречаться лицом к лицу.
О том же, что есть кони мощнее лёгких пород, большинство на Руси и в Диком поле даже не догадывались. Просто потому, что их бытование в те годы происходило сильно западнее. И даже на Руси их если и имелось какое-то количество, то наперечёт, в конюшнях лишь самых богатых и влиятельных людей. Больше для коллекции, чем для дела.
В данном регионе были в ходу ещё меринки с меринцами, но их в бою не применяли. Слишком мелкие. Последние — так и вообще, считай, пони. А кобыл в военной практике не использовали. Ведь это был ценный ресурс для хозяйства, дающий молоко и приплод. Да и столкновение кобыл, особенно во время течки, с некастрированными конями порождало немало проблем. Культура же обозных хозяйств, которая в последствии привлекла кобыл на службу из-за общего дефицита копытных, в те годы только зарождалась. Во всяком случае, на Руси.