Парню, вздохнув, лишь оставалось дистанционно развеять парализующий конструкт, понимая, что старухе явно не понравится вид её дражайшего супруга, которого обязательно скрючит в агонии около «Барса», как только он к нему прикоснётся. А это лишнее внимание, которого молодым людям сейчас, как раз-то и не требовалось.
Доставшаяся им комната, не блистала какой-то особенной роскошью, но, по крайней мере, она была чистой и с качественно выскобленным полом. Минимум мебели: одна широкая кровать, две тумбочки, комод для вещей, пара кресел с потемневшей от времени и частого использования обивкой возле приземистого стола и символическая дверь в уборную, которая выбивалась из общей ассамблеи свежей краской.
Хмуро покосившись на кровать, Алиса, что было весьма странным для неё, промолчала.
И пока Полозов, бросив тощие сумки в угол возле комода, с наслаждением развалился в кресле, вытянув натруженные ноги, она успела смыться в ванную, безошибочно определив, что именно находится за столь выделяющейся дверью.
Раздавшийся через некоторое время стук в дверь входную заставил парня моментально вскочить. Держа наготове конструкт паралича, Пётр расположился сбоку двери, слегка её приоткрыв.
— Ваше благородие, вы ужинать будете? — раздражённо проскрипела старуха. — И если да, то прикажете подать сюда или сами спуститесь в трапезную?
— Сюда, если можно, — кивнул Пётр. — Спасибо. Послушайте…
— Татьяна Михайловна, — спокойно кивнула она, отлично поняв, чем вызвана подобная заминка парня.
— Татьяна Михайловна, а кроме вашего супруга и вас, ещё прислуга есть?
— Если вам нужно, то вас не побеспокоят до самого вашего выселения, — прищурилась бабуля, не ответив на вопрос.
Но и таким ответом Полозов остался полностью удовлетворён. Он уже понял, что эта тётя с выправкой отставного генерала, видимо, держит в кулаке весь этот «Городской покой».
Для этого не нужно быть семи пядей во лбу — достаточно было взглянуть на её супруга, безропотно выполнявшего все указания хозяйки.
Парень уже за обе щеки уплетал невзрачную на вид, но довольно сытную кашу, щедро приправленную двойной порцией сливочного масла, и таким же количеством жестковатого мяса, над происхождением которого предпочёл не задумываться, когда девушка, наконец, выбралась из ванной.
Не став надевать на себя старую одежду, Алиса воспользовалась длинным домотканым полотенцем, которое ловко обернула вокруг себя. Впечатление портила лишь грязная обувь, которую она, за неимением тапок, снова натянула на ноги.
— С лёгким паром, — пробурчал парень, пододвигая в её сторону вторую тарелку.