Ну и решающим фактором для его принятия стало незнание того, сколько именно форы предоставил им князь, его отец. Этого беглецам сказать, увы, не успели.
Молодые люди старательно объезжали любые населённые пункты на их пути, и пока им везло.
Те крохи еды, которую им раздобыли неудавшиеся грабители, притащив в лавку Клина, закончились ещё на первом привале, а каких-то запасов молодые люди не успели сделать, по известным причинам.
Проблема хоть какой-то нормальной одежды для Алисы продолжала оставаться открытой, но путников спасала относительная безлюдность выбранного маршрута.
За всё время следования им повстречалась лишь один грузовой паромобиль и допотопный пароцикл, который по внешнему виду доживал свои последние дни, как и его пожилой владелец, проводивший их нечитаемым сквозь заляпанные очки-гоглы, взглядом.
Накатанная грунтовка пролегала между раскинувшихся полей, некоторые из которых, похоже, простаивали, судя по буйным зарослям совершенно не сельскохозяйственных культур. Это было понятным даже для Полозова, который в сельском хозяйстве понимал примерно столько же, сколько и в вышивке крестиком — ровно ни черта.
Постепенно сбрасывая скорость, парень ни на секунду не прекращал осматривать окрестности, стараясь не расслабляться. Тревога, поселившаяся в груди, не желала отпускать парня, сдавливая липкими холодными пальцами нутро, заставляя торопиться на тех участках пути, где это только представлялось возможным.
Выбрав для короткой стоянки изгиб широкой грунтовой дороги, чтобы одновременно просматривалось два направления, Пётр остановился.
— У меня уже задница отваливается от этой тряски, — хмуро пожаловалась Алиса, слезая с пароцикла с недовольным вздохом.
По мнению Петра это было откровенным враньём, поскольку это тряску с успехом гасили как усиленные пружины пароцикла, так и плотно накачанные воздухом каучуковые шины «Барса». А наличие за спиной ещё одного пассажира и вовсе способствовали мягкому ходу транспорта.
— Ну вот, что и требовалось доказать, — усмехнулся Пётр. — Стоило отъехать немного от города, ваши манеры сразу куда-то испарились, мадмуазель.
Петя понял, что девушка просто выпускает пар, но больше комментировать это не стал. Каждый сбрасывает эмоциональное напряжение по-своему. Неприятия фактом, что у девушки таким средством являлся сарказм, у парня не было.
— Да к чёртовой бабушке эти манеры, кому они здесь нужны в этой глуши? — раздражённо пробурчала девушка. — Мы не на императорским приёме! И вообще, скажи спасибо, что я не впадаю в истерику, поскольку всё это дерьмо начало со мной происходить после встречи с тобой, господин Полозов! — меланхолично пнув попавший под ноги мелкий камешек, Алиса зло прищурилась, но эскалацию конфликта тоже дальше продолжать не стала. — Нам ещё долго до Измайловки этой?