— Почему тогда нельзя просто попросить Бродира провести допрос? — спросила Аня.
— В таком случае он становится активным участником, и магия на него реагирует, — пояснил Эревард. — Мы уже пробовали этот вариант. Поэтому я предлагаю максимально уменьшить его присутствие. В идеале нужно сделать так, чтобы второй собеседник его не видел и не слышал, чтобы у печати сложилось полное впечатление, что никакого раскрытия не происходит.
— Все еще нет гарантии, что получится, — Ашер покачал головой. — Прежде чем ставить печать, нужно полностью убедиться, что это будет работать.
Так они и сделали.
Для эксперимента посадили в одной камере двух людей с печатью. Рядом разместили Бродира с пером и бумагой. Он должен был подслушивать и записывать все, что могло относиться к делу свержения Ашера и уничтожения замка.
К их радости, это действительно работало. Видимо, для того чтобы магия в печати молчания активировалась, сам носитель печати должен был понимать, что секрет раскрывается.
По идее, записывать мог любой человек, но они решили, что это будет делать мертвый Бродир. На всякий случай.
Уговорить Вимарка поставить Эреварду печать оказалось не так уж сложно. Как и большинство злодеев, мужчина оказался на диво трусливым.
Он очень любил причинять боль другим, но при этом крайне ее боялся. Именно поэтому стоило лишь немного ему пригрозить, как он сразу согласился.
Повезло, что Вимарк был довольно высокопоставленной фигурой в ордене. Благодаря этому он знал нужный ритуал.
— Если ты сделаешь что-то не так, — начал Ашер, глядя на сжавшегося Вимарка так, что тот почти посинел от страха, — то я обещаю , что ты проживешь очень долго.
Вимарк едва не расплакался. Ему не требовалось пояснение, что жизнь его при этом будет не только длинной, но и полной боли. Этого он боялся даже больше, чем смерти.
Печать молчания ставилась очень просто. На полу кровью чертился специальный круг, внутрь которого вставал человек. Сразу после этого проводящий ритуал начинал читать заклинание. По мере прочтения магия поднималась из кровавого круга и проходила по телу человека, а затем фокусировалась на языке, запечатывая необходимую тайну.
— Ты как? — спросил Ашер, глядя на Эреварда. Тот выглядел слегка дезориентированным, но живым.
— Нормально, — ответил Эревард. — Сейчас попробуем. Главу ордена зовут… Кха, кха, — закашлялся он немедленно, почти согнувшись пополам. — Работает, — прохрипел глава разведки.
После ритуала они начали проводить допросы. Для этого была выделена специальная комната, в которой имелась потайная ниша. В ней с удобствами разместили Бродира.