— Да, будет здорово. Спасибо Ну все стрекоза, беги на кухню, сейчас завтракать будем, да домой собираться.
— Ага. – И она выскочила из комнаты.
— Доброе утро. Давно я так крепко не спал.
Он стоял. И у него стоял. Я с трудом отвела взгляд от боксеров, кстати, именно такие были в моем сне, со стоящим по стойке смирно мужским достоинством. Поняв куда направлен мой взгляд, он быстро накинул выданный вчера халат и улыбнулся. А я покраснела. И самое верное, что я смогла сделать в этой ситуации, это, конечно, позорно сбежать не глядя на, теперь уже точно, объект моих сексуальных фантазий.
Пока я мысленно выдавала себе волшебных пендюлей за то, что так стояла и пялилась на незнакомого мужчину, не до конца закрытая дверь в ванну отворилась полностью и вошел объект моих фантазий.
— Извините. Я не хотел вас смущать.
Максим стоял уже в темно-синих брюках и не до конца застегнутой рубашке. Я опустила глаза, оправдываться не хотелось, но сказать что-то нужно, не стоять же истуканом и дальше. Поэтому я не смогла придумать ничего лучше, чем чуть подвинуться и пустить мужчину к умывальнику, протянув новую зубную щетку.
— Спасибо.
Он взял щетку и быстро нанес на нее зубную пасту. Так мы и стояли, периодически улыбаясь друг другу в зеркале.
Быстрый завтрак из омлета и свежих овощей, крепкий кофе для Максима, какао для Варечки и зеленый чай для меня прошел в дружеской атмосфере. За столом мы с Максимом молчали, перекидываясь только взглядами, зато ребенка было не остановить. Она говорила, говорила, говорила, воспринимая вчерашнее происшествие как небольшое приключение, а вот меня она приняла, чуть ли не как лучшего друга. Зато по мере повествования, лицо Максима все больше каменело, а кулаки сжимались. Стало ясно, матери он это не простит.
— Варя, нам пора собираться, а ты все еще в пижамке. Иди переодевайся.
— Хорошо, а Инга поедет с нами? – Мы оба переглянулись.
— Нет, солнышко – я отрицательно покачала головой – Инга останется у себя дома. Зачем ей ехать с нами?
— А она с нам не останется? Мы ее с собой не заберем? – Максим глубоко вздохнул.
— Нет, малыш. Инга нам очень помогла, но мы больше не может злоупотреблять ее гостеприимством. К тому же она живая и мы не можем распоряжаться ее жизнью.
— Понятно – и она поплелась в комнату опустив носик.
— Разве я что-то не правильно сказал? – Он увидел мой осуждающий взгляд.
— Нет, все правильно, – теперь уже вздыхала я – но почему-то я ощущаю себя предателем.
Варя оделась за 10 минут. Она вышла полностью готовая. Осталось одеть только верхнюю одежду.