А что если Арнаку уже поперек горла мое лечение и ожидание чуда?
Он ведь со мной разведется при таком раскладе.
Сердце колет ржавой иголкой, как только представляю, что Арнак от меня уходит…
А ведь он уйдет, если никого ему не рожу!
Он так и сказал мне, когда начали встречаться, — ты такая красивая, Рита, у нас будут замечательные дети, мы должны пожениться.
Муж и сам у меня ого-го, высокий, широкоплечий, смуглый, со слегка вьющимися черными волосами и глазами, которые смотрят прямо в душу. С тех пор как мы познакомились, я ни на кого другого даже не оглянулась.
И что? Все? Нашей любви конец?
Неожиданно слышу шаги в коридоре, а затем и гостиной.
Это наша домработница Лусине, видимо, прошла через черный вход.
— Что вы здесь делаете? — Немного напрягаюсь. — Я же вас отпустила на сегодня.
— Забежала проверить, не нужна ли помощь в уборке после праздника, — немного виновато тянет она.
Лусине в принципе выглядит жалкой всегда — маленькая, совсем худая старушка, с большими блеклыми глазами. Но когда ей кажется, что она сделала что-то не так, ее и вовсе хочется обнять да успокоить. Вот такой тип внешности.
Она досталась нам вместе с домом, ведь давно служит в семье моего мужа. И у меня рука не поднимается ее уволить, хотя я предпочла бы делать все сама.
Неожиданно домработница подает мне блистер с таблетками, который я оставила на кухне.
— Выпейте, вы пропустили сегодняшнюю дозу витаминов, важно ведь пить каждый день.
Ах да, она еще неустанно следит за моим здоровьем.
Мне делается смешно. Глупо пить пренатальные витамины, когда тебе фактически подписали приговор по части детей.
Но я не хочу сейчас объяснять домработнице, что со мной не так. Просто принимаю из ее рук стакан с водой и таблетки. Кладу пилюли в рот и запиваю.
Даже не замечаю, как Лусине начинает убирать со стола в гостиной, как наконец уходит домой.
Замыкаюсь в себе, даже не вытираю струящиеся по щекам слезы.
И вдруг через приоткрытое окно слышу, как к дому подъезжает машина. Хлопает калитка, затем входная дверь.
— Рита, ты где? — зовет Арнак из прихожей.
Сердце делает тройное сальто, так радо появлению мужа.
Да уж, у меня определенно шалят гормоны. Но по крайней мере с выработкой окситоцина никаких проблем, потому что я безумно люблю своего мужа.
Хочу бежать к нему, обняться, заглянуть в глаза, получить поцелуй.
Но не бегу.
Ведь непонятно, с чем он пришел. Вдруг ка-а-ак попросит развод…
Маргарита
Как самая последняя трусиха на свете, я сжимаюсь в комочек, укрываюсь пледом. Меня знобит, хотя майский вечер довольно теплый. И дико страшно встретиться с мужем.