Но проснулись мы не от холода, и даже не от рычания зверья, судя по следам, ночью пытавшегося протиснуться в расщелину…
— Ты глянь, что творит! — изумленно возмутился Федя, выдернув меня из сна, и разлепив глаза, первое что я увидел, это друга, сидящего у стенки с вытянутой рукой.
— Что? — обернувшись, я закономерно ничего кроме камней не увидел.
— Да не туда, на руку смотри!
— И что? — приглядевшись, я заметил чуть ниже локтя какое-то насекомое, с энтузиазмом пьющей кровь — Прихлопни, да и все!
И именно в этот момент, насекомое вместе с кровью втянуло в себя искорку магии, и отцепившись полетела прочь, светясь в магическом зрении.
— Видел, видел? — Взбудоражено воскликнул Федя, потирая место укуса, где уже расплывалось легкое покраснение — Ты прикинь? Они реально магию выкачивают!
— Федя, ты идиот? — Потерев сонное лицо ладонями, проворчал я — А если они ядовитые? Или переносят какой-нибудь местный энцефалит? Или малярию?
— Ай, да брось! — беспечно отмахнулся он — Нас ночью и так знатно погрызли. Ты вон весь в укусах…
И только после этих слов, машинально почесавшись, я обратил внимания на следы от укусов по всему телу, которые еще и зачесались в этот момент.
— Гадство! — прошипел я, со всех сил сдерживаясь, чтобы не начать скрести ногтями по телу — Не было печали…
— Да ладно тебе! — легкомысленно отмахнулся Федя, и с преувеличенной бодростью поднялся на ноги, сдержав стон — Все это мелочи, а пока валить надо подальше от портала, пока опять кто-то зверье не взбаламутил!
И как бы мне не хотелось это признавать, друг был прав. А потому, вскоре мы покинули уютную и безопасную пещеру, и снова двинулись в путь, отыскивая тропки и поднимаясь все выше в горы.
Не знаю, удача виновата, или то, что все хищники сейчас усиленно откармливались рядом с порталом, но за весь день мы так и не наткнулись ни на что опасное. И я даже поверил, в то, что все обойдется без проблем…
Но когда проблем нет, возможно ты о них просто еще не знаешь. Вот и в этот раз, уже к вечеру Федя стал хромать все сильнее, и помогая ему передвигаться, я чувствовал на себе горячее дыхание друга.
— У тебя жар. — уже вечером, когда мы удалились от портала на десятки километров, предупредил я Федю, упавшего без сил под ближайшее дерево — Рана воспалилась.
— Знаю…
— А раз знаешь, чего молчал? — неожиданно даже для самого себя, разозлился я, и сев у ног друга, принялся разматывать грязную повязку.
— А смысл трепаться? — едва заметно пожал плечам он, и зашипел от боли, когда я аккуратно оторвал от раны присохшую ткань — Или у тебя антибиотики есть?